фэмслеш
Спальня Девочек Гет Спальня Мальчиков Джен Фанарт Аватары Яой Разное
Как присылать работы на сайт?
Хотите ли получить фик в формате fb2?
Хочу и согласен(на) оставить отзыв где нибудь
Хочу, но не могу
Никому и никогда и ничего!

Архив голосований

сейчас в читалке

10
8
6
4
2
0

 
 

Все права защищены /2004-2009/
© My Slash
Сontent Collection © Hitring, FairyLynx

карта сайта

Война шуток (глава 27-29)

Гет
Все произведения автора Dimina
Война шуток (глава 27-29) - коротко о главном
 Шапка
Размер макси
Статус не закончен

Оставить комментарий и посмотреть, что другие сказали...
Война шуток (глава 27-29) уже высказалось ( 0 )

Дата публикации:

Война шуток (глава 27-29) - Текст произведения

Глава 27. Тренировка по квиддичу. Часть вторая


Гарри сидел в комнате для гостей и готовился к контрольным. Он не мог сосредоточиться: учеба приносила гораздо меньше результатов без помощи и руководства Гермионы, к тому же Гарри беспокоился, как она там, на стадионе, одна среди слизеринцев, хоть и под присмотром учителя.
Он отложил свои записи, глаза слипались. Прошлой ночью он спал довольно хорошо, зато почти двое предыдущих суток прошли без сна. Да, в последние несколько лет он привык недосыпать, но после поражения Волдеморта постепенно стал отдыхать больше и начал забывать, каково обходиться долгое время без полноценного сна.
Гарри уронил голову на грудь и погрузился в дрему. Скоро ему приснился сон.

Гарри наполняло приятное чувство, по его груди вниз скользила женская рука. Он обнимал девушку, которая, очевидно, была полностью или почти обнажена – он чувствовал под своими пальцами шелковистость ее кожи, – но Гарри не открывал глаз. Так было забавнее.
Он поглаживал спину девушки… когда его пальцы наткнулись на руку, которая никак не могла быть рукой девушки – она была слишком большая и находилась не в том положении. Гарри распахнул глаза и увидел пышные волосы, которые могли принадлежать только Гермионе… а позади нее был Драко. Гарри видел только его руку, лицо и часть груди, и одежды там не было. Он с ужасом посмотрел на Гермиону, которая улыбнулась в ответ и нежно поцеловала его, а затем развернулась и потянулась к Драко. Их губы оказались достаточно близко для поцелуя…


Гарри с криком проснулся.

***

Гермиона крепко сжимала метлу, мысленно ругая себя, что испугалась и цеплялась для поддержки за Драко Малфоя, и Оливера, так как в поглощении квиддичем он забыл о своем обещании держаться рядом. Он все еще говорил со слизеринским вратарем, очевидно, слишком скучая по игре и не заботясь, что таким образом уменьшает шансы Гриффиндора на Кубок.
- Кто только придумал этот тупой вид спорта? – пробормотала Гермиона.
Если Драко и слышал ее, он этого не показал. Она задалась вопросом, не забыл ли он о ее присутствии – Гарри, Рон, Джинни и еще несколько ее знакомых были склонны так поступать, когда дело доходило до квиддича.
Очевидно, заметить снитч было сложно. Драко время от времени перемещался по полю, двигаясь медленно, - наверное, он не хотел, чтобы Гермиона вцепилась в него и опять сжимала до хруста костей. Она пообещала себе, что останется спокойной, когда он снова сорвется с места, и чувствовала себя все увереннее каждый раз, когда он медленно перелетал на другое место… и тут Драко увидел снитч.
- А-а-а-а-а!
Все мысли Гермионы остались позади, вместе с ее решимостью сохранять спокойствие, и она обхватила руками Драко, сжимая его со всех сил. Драко разрывался между стремлением наконец поймать снитч и желанием, чтобы Гермиона его отпустила; одной рукой держась за рукоять метлы, он второй пытался отодрать от себя ее пальцы, но она не сдавалась. Метла начала опасно вихлять, увеличивая панику Гермионы; «Нимбус-2001» оказался гораздо быстрее тестралов, гиппогрифов и школьных метел, даже на половине предельной скорости, и по впечатлениям это было очень похоже на поездку в автомобиле, который занесло при ста тридцати километрах в час. Зажмурившись, Гермиона кричала какую-то бессмыслицу о Гарри, о Роне, о свете впереди и о том, что хочет домой, пока Драко кричал какую-то бессмыслицу о грязнокровках, об убийствах, о чокнутых девчонках и о сыре.
Внезапная остановка метлы с резким поворотом заставила Гермиону распахнуть глаза, и она тут же перестала кричать: прямо перед ней парил крошечный золотой снитч. Гермиона никогда еще не видела его так близко, и она не могла вспомнить, когда ей в последний раз попадалось что-то хоть вполовину настолько же интересное. Он будто бы искрился в свете магических прожекторов стадиона, а серебряные крылышки заставляли вспомнить ангелов. Гермиона не задумываясь отпустила Драко и осторожно обхватила снитч.
- Какой красивый, - выдохнула она, удивляясь, как ее друзья могли часами болтать о восторгах квиддича, при этом ни единого раза не упомянув потрясающую красоту снитча.
Удивленный внезапным отстранением Гермионы, Драко повернулся к ней – и открыл рот от изумления, увидев, что она держит двумя пальцами снитч и заворожено на него глядит.
- Дай сюда! – он попытался выхватить мяч.
- Нет! – Гермиона отдернула руку и прижала снитч к груди, очень похожая на Горлума, лелеющего «свою прелесть».
Драко попытался отобрать снитч, но Гермиона стала бить его свободной рукой и звать Оливера, который, однако, был слишком далеко, чтобы услышать. Метла начала снижаться, Драко все сильнее дергал Гермиону за запястье, а она с остервенением била его в ответ.

***

- Так это правда, что Гермиона и Малфой спят в одной кровати? – спросила одна из однокурсниц Джинни, очень напоминавшая ей Лаванду и Парвати. Джинни вздохнула. Она решила узнать новые сплетни и отвлечься от всего этого сумасшествия с Гермионой и Драко, что означало посиделки с подругами-однокурсницами – ну, скорее не подругами, а хорошими знакомыми. Гермиона, Невилл, Луна Лавгуд и Колин Криви были Джинни ближе, чем ее сокурсницы, но она очень старалась ладить с последними, чтобы не превращать проживание с ними в одной комнате в настоящий кошмар.
- Нет, неправда, - ответила Джинни. Она тряхнула головой: «Чего только люди не придумают!» Джинни надеялась услышать, что происходит в остальной школе – услышать, кто на кого зол (в период войны шуток подобное знание не помешает) и все в этом роде – но ее однокурсницам было гораздо интереснее узнать что-нибудь о Гермионе, Драко, Гарри и Роне. Она по опыту знала, что они еще долго не успокоятся: люди часто видели знакомство Джинни с Гарри, Роном и Гермионой как способ разнюхать что-нибудь скандальное о трех самых известных учениках Хогвартса, и Джинни уже привыкла развеивать слухи о своем брате и двух его лучших друзьях.
- Но Орла Квирке сказала, что им приходится спать в одной кровати, - с сомнением произнесла другая сокурсница Джинни.
- Орла Квирке – четверокурсница из Рэйвенкло, - закатила глаза Джинни. – Она ни разу не была даже в гриффиндорской башне, чего уж говорить о комнате Гермионы. А я была. У них отдельные кровати.
Разочарованные, девчонки взялись за другую тему.
- А правда, что Гермиона бросила Рона из-за Гарри? – спросил кто-то.
Джинни подавила стон. Ну почему люди всегда начинают вопросы о достоверности слухов со слов «а правда?» Как раз правде они почти никогда не верят.
- Нет, - ответила она. – Гермиона и Гарри – только друзья.
- А что там насчет ее татуировки?
- Не знаю, - устало произнесла Джинни. – Я…
- А-га!
Развернувшись, Джинни машинально схватила волшебную палочку (эта привычка осталась у нее после войны с Волдемортом, как и у Гарри с Роном и Гермионой). Но тут же опустила при виде бегущего к ней Гарри, его волосы взъерошены сильнее обычного, очки сидят криво, а лицо красное и все в поту.
- Нашел тебя! – выдохнул он. – Наконец-то!
- Гарри, что… эй!
Гарри схватил ее за руку и потянул за собой дальше по коридору.
- Нет времени, объясню позже, - сказал он. – Нужно торопиться, торопиться…
Удивленная его поведением, Джинни помахала своим не менее удивленным однокурсницам, которые уже начали перешептываться, без сомнений, порождая новые сплетни.
- Гарри, что происходит? – спросила она, когда их уже не могли услышать. – Это Гермиона? С ней что-то сделал Малфой? Куда мы идем?
- В библиотеку, - Гарри тяжело дышал. – Рон со мной не разговаривает, Гермиона на квиддичном поле, а кто-то должен помочь мне с исследованием.
- С исследованием чего? – спросила Джинни, но Гарри не ответил. Он тащил ее за собой всю дорогу до библиотеки, затем сквозь двери и до секции об экстрасенсорных способностях и психометрии: семь лет дружбы с Гермионой заставили его запомнить планировку библиотеки. Джинни предприняла новую попытку: - Гарри, я помогу тебе найти то, что ты ищешь, но мне надо знать, что происходит.
- Мне нужно заклинание, чтобы блокировать видения, - произнес Гарри.
Мечась по школе в поисках Джинни, он продумал все возможности и с ужасом вспомнил, что Снейп говорил о видениях в качестве побочного эффекта от укуса Сырного духа. «И всю эту неделю не обращайте внимания на любые странные сны», - сказал он, но Гарри не хотел не обращать внимания. Он хотел их остановить и сомневался, что в данном случае поможет окклюменция – она блокировала ментальные атаки, а не сумасбродные сны, вызванные сырными демонами. Гарри лишь предположил, что это видения, но на самом деле ему было плевать – он только хотел, чтобы видения прекратились, а потом собирался убедиться, что они не сбудутся. Ну конечно они не сбудутся, такого не случится, никогда не случится, это же просто нелепо… он, Гермиона и Малфой вместе…фу! Конечно же, нет…
- У тебя было видение? – ахнула Джинни.
За Гарри никогда такого не наблюдалось; у него была мысленная связь с Волдемортом, но к видениям это никак не относилось, он просто видел глазами Темного Лорда.
- Да, - ответил Гарри. – Но больше их никогда не будет. – Он бросил книгу, которую до этого просматривал, и схватил Джинни за плечи, с тревогой глядя ей в глаза. – Ты должна помочь мне, Джинни. Мы друзья. Мы спасали друг другу жизни. Мы вместе играли в квиддич! Ты должна мне помочь, пожалуйста, помоги мне это остановить…
- Гарри, успокойся, пока мое желание с криком от тебя убежать не стало еще сильнее. Я помогу, не волнуйся, - Гарри облегченно выдохнул, и Джинни ухмыльнулась. – Но сначала…
- Что?
- Ну, - невинно произнесла Джинни, - мне нужно знать, о чем эти видения.

***

- Если ты паришь справа, то у тебя не будет и шанса, подберись они к тебе слева. Но если оставаться в центре, ты сможешь среагировать и на обманные движения, и на настоящие броски и вынудить нападающих направиться влево или вправо, и…
- Эй, поглядите на Драко, - крикнул Гойл, прерывая поучения Оливера слизеринскому вратарю.
Оливер чертыхнулся и развернул метлу, проклиная себя за то, что совсем забыл о Гермионе. Через пару секунд он нашел ее с Драко внизу, метрах в шести над землей, и высота эта продолжала уменьшаться, пока они были заняты странной борьбой, сидя рядом на древке метлы немногим больше метра в длину.
Оливер застонал и направился к ним… а затем оглянулся на остальных игроков. Как же он скучает по квиддичу… а Гермиона в порядке, она справится с Малфоем… даже упав с такой высоты, они ничего себе не сломают… ей не нужна помощь.
Оливер вернулся к вратарю:
- Как я говорил…

***

Гермиона на мгновение задумалась, что будет, если она спихнет Драко с метлы. Наверное, он снова завопит как девчонка, и это хорошо… но резкое уменьшение веса, возможно, заставит метлу взмыть вверх, а Гермиона даже пытаться не хотела покорять скоростную метлу… и, ах, да, он же прикован к ее запястью, так что у них появится проблема как в тот раз, когда Гарри раздул голову Драко…
- Отдай его мне!
- Нет, это я поймала!
- Дай сюда!!!
Гермиона яростно на него глянула. Одной рукой он тянул на себя ее запястье, а второй пытался отражать ее удары. На его лице (где розовые пятна медленно бледнели до цвета белого сыра) была написана смесь бешенства, разочарования и решимости. Что-то в этом выражении, яростном взгляде, повороте головы, растрепанных волосах… вдруг показалось ей привлекательным.
«О Боже, - подумала она, – нужно непременно снять эту цепь…»

Мысли Драко были похожи. Да, она часто выводила его из себя, но он не мог отрицать, что выглядела она очень даже ничего. Особенно хорошенькой Гермиона была в гневе – он замечал это не раз за последние годы, когда намеренно злил ее. Если бы только она не была магглорожденной подругой Гарри, возможно…
«Не смей так думать! – завопил на себя Драко. Он мысленно простонал: – Себе на заметку: узнать, можно ли отгрызть свою руку и потом присоединить ее обратно…»

Гермиона огляделась в поисках путей побега: она не знала, как долго еще сможет отталкивать Драко, не сбросив его с метлы, и ей не нравилось направление, которое приняли ее мысли. Тут она с удивлением заметила, что до земли осталось всего метра два. Она запросто может спрыгнуть…
Гермиона должна была догадаться, что это не лучшая идея, но сейчас она была не в состоянии мыслить ясно. У нее выдался тяжелый день – скорее даже тяжелая неделя – и частые приливы адреналина сыграли свою роль. К тому же она очень-очень хотела вернуться на землю. Какой бы не была причина – или ее отсутствие – Гермиона спрыгнула с метлы.
… И Драко, конечно, пришлось последовать за ней.

***

Оливер услышал громкий вопль и поспешно развернулся туда, где в последний раз видел Драко и Гермиону. Драко лежал лицом вниз с метлой в руке, а Гермиона переминалась с ноги на ногу поблизости, прижимая к груди снитч. Не нужно было быть гением, дабы понять, что произошло.
Оливер разразился хохотом.

***

- Ну ладно тебе, Гарри! Хоть намекни?
- Нет.
- Мы все умрем, что-нибудь в этом роде?
- Нет. То есть, не в ближайшее время.
- … Может, хоть расскажешь тогда, почему сегодняшние контрольные у Снейпа перенесены, и следующие несколько дней его уроки будут проводиться в другом кабинете?
- … Нет.
- Видение было связано с Гермионой?
- Я. Не. Скажу.
- Ха! Значит, да!
- Нет!
- Я поймала тебя, Поттер. Ты не произнес: «нет», ты ответил: «я не скажу», а потом выпалил «нет» слишком быстро. О чем было видение? О ней с Роном? Но почему тогда… о Боже, оно было о Гермионе и Малфое, так?
- Нет!!!
- Ха! Значит, да. Но что могло тебя так напугать? Она его убила, что ли?
- Джинни…
- Значит, не убивала.
- Эй, этого не говорил…
- Ты не сказал: «нет», потому что думаешь, я приму «нет» за «да».
- У тебя какая-то странная логика…
- Но если она его не убивала, тогда что… О Боже мой. Оно же не могло… оно… видение было об ЭТОМ?
- Джин…
- О Боже! Значит, да! О, Гермиона просто с ума сойдет, когда я…
- Если расскажешь, я тебя убью! Видение было не о том, о чем ты думаешь…
- Неужели? Тогда откуда ты знаешь, о чем я думаю?
- …
- Если бы ты сам видел, как покраснел…
- Ох, заткнись.

***

Драко еле успел отпустить руку Гермионы и схватить рукоять метлы, чтобы она не улетела, как его резко дернуло вбок и вниз. Сначала он удивился неожиданному решению гриффиндорки спрыгнуть с метлы и подумал что-то вроде: «Видно, она ну очень ненавидит летать»… а потом он завопил, в полете мысленно проклиная Гермиону. Она приземлилась, выпрямилась и быстро отскочила в сторону, а он упал лицом вниз, снег лишь слегка смягчил удар.

Первым побуждением Гермионы было бежать, потому что: а) Драко хотел забрать снитч, и б) Драко вряд ли будет доволен, когда вспомнит, как двигаться. Но как раз его падение напомнило ей, что она не может никуда деться без него в паре метров позади. Так что она осталась на месте, как можно дальше от его неподвижного тела, готовая чуть что бежать, и смутно удивлялась, почему он не шевелится.

У Драко не было сил встать. У него сегодня выдался очень утомительный день, за который его травмировали не один раз: Гермиона врезалась в него и повалила на пол в кабинете зелий, на него напал Дух сыра, Гермиона укусила его за руку, он ударялся о диваны и столы в гриффиндорской гостиной, неудачно пытался взлететь, Гермиона била его минут пятнадцать во время борьбы за снитч, а теперь он еще и упал в снег с двухметровой высоты.
«Почему я?!» - мысленно простонал он, чувствуя боль во всем теле, и тут его накрыла новая волна ненависти к Гермионе. Во всем этом, он был уверен, так или иначе виновата она. Это по ее вине его кожа то и дело окрашивалась в разные цвета, это по ее вине ученики в коридорах говорили ему: «Отличное бельишко», это по ее вине его предал любимый учитель, и это по ее вине он оказался к ней прикован, посадил синяки на местах, о существовании которых у себя даже не знал, делил комнату с ней и Гарри, его друзья-слизеринцы были теперь убеждены, что она пыталась откусить «одну из важнейших частей его тела», и подозревали, будто у них с Гермионой тайный роман, а его последний год в школе оказался почти полностью испорчен. Во всем этом была виновата она.

Гермиона тревожно смотрела на Драко, ожидая, что он может вскочить в любую секунду, и одновременно начиная подозревать, что она его покалечила или даже убила.
- Малфой? – наконец произнесла она и нерешительно шагнула ближе. – Ты жив?
Он не пошевелился, так что Гермиона осторожно подошла к нему и подтолкнула ногой.

Драко почувствовал ее пинок, и тут вся его злость вырвалась наружу.
- Я убью тебя!!! – взревел он и вскочил на ноги так быстро, словно дернула вверх рука какого-то божества.

Гермиона взвизгнула и замахала руками, падая на спину. Все это время перед ее мысленным взором стоял образ Драко, выросшего из снега подобно разъяренному чудищу, подобно снежному человеку, придуманному пьяным продюсером для фильма ужасов; всего покрытого снегом и как меч сжимающего в руке свой «Нимбус-2001». Упав на землю, она тут же перекатилась на четвереньки, вскочила и побежала, так и не выпустив из рук снитч, в ужасе от того, что может случиться, если Драко ее поймает. Она направилась к выходу из стадиона, намереваясь добежать до замка, где ее может спасти какой-нибудь учитель, не одержимый квиддичем.
Гермиона переложила снитч в левую руку и сделала движение запястьем правой, чтобы достать волшебную палочку из специальной кобуры на предплечье. Пятнадцать метров до выхода… десять… семь… и тут она начала падать – это Драко прыгнул вперед и обхватил ее вокруг коленей. Она извернулась в полете и упала на спину, Драко прыгнул на нее сверху. Упершись коленями по обе стороны от Гермионы, он руками потянулся к ее шее, а она приставила к его горлу волшебную палочку. Драко замер и с ненавистью уставился ей в глаза, она так же яростно глядела в ответ.
Наконец, Драко опустил руки и уселся на ее бедра, все еще злясь, но, очевидно, неохотно признавая ничью. Гермиона также опустила палочку, но оставалась настороже. Они принялись играть в гляделки, тяжело дыша… и тут напряжение между ними приняло совсем другое направление. Она увидела, как в глазах Драко что-то мелькнуло, и его взгляд стал отстраненным, задумчивым, почти тоскующим. Драко склонил голову набок, и взгляд его переместился ниже… он что, смотрит на ее губы? Ну конечно нет. Наверное, нет. Нет. Это невозможно. Просто… на ее подбородок, к примеру. Без какой-либо… видимой… причины.
Гермиону поглотил всплеск спутанных эмоций; о чем он думает, неужели хочет ее поцеловать? Но с чего вдруг ему думать о таком? Да нет, не может быть. Над ними в воздухе летают шестеро его друзей и учитель – бывший гриффиндорец… который, если подумать, наверное, сейчас ласково гладит гриффиндорские квиддичные кольца и болтает со слизеринцами, предаваясь воспоминаниям о днях былой славы.
Гермиона не знала, что говорить и что делать; Драко снова посмотрел ей в глаза, все еще сердитый, но явно тоже думая о чем-то другом. Она вдруг почувствовала страх при мысли о том, что он может поцеловать ее, страх и одновременно волнение, ужас и одновременно желание, и, черт возьми, почему он никак с нее не слезет?
Драко начал наклоняться к ней, очень-очень медленно, то опуская взгляд на ее губы, то снова поднимая к ее глазам, как будто предлагая ей его остановить. Гермиона замерла от испуга, часть ее просила его поторопиться и поцеловать ее уже, а другая перебирала список проклятий, которые можно на нем использовать, если он попытается. Драко закрыл глаза, но Гермиона оставила свои открытыми, уверенная, что все это шутка, ну конечно это шутка, он не собирается ее целовать, но что ей делать, если все же поцелует?
Гермиона только решила закрыть глаза, посмотреть, что случится, и заклясть его до беспамятства, как бы он ни поступил, но тут Драко слетел с нее, приземлившись в снег неподалеку, и Гермиона увидела над собой полностью красного Гарри. Она запаниковала еще больше: Гарри видел, как Драко пытался ее поцеловать! Он собирается убить Драко – ну, это, вообще-то, звучит неплохо, – а потом он потребует ответа, почему это она даже не пыталась остановить Драко…
Нет. Нет, Гарри даже не заметил того-что-вероятно-почти-могло-бы-стать-поцелуем, он почти не обратил на Драко внимания, бросившись на колени рядом с Гермионой. Он выглядел очень встревоженным, и у Гермионы мелькнула мысль: быть может, что-то случилось, что-то, связанное с Орденом или Пожирателями смерти; но она просто не могла думать о чем-то другом, кроме Драко и того-что-вероятно-почти-могло-бы-стать-поцелуем.
- Гермиона! Ты должна мне помочь! Мне нужна твоя помощь с исследованием, как блокировать видения, у меня был сон, как сказал Снейп, и я не знаю, что делать! Снейп сказал не обращать внимания, но нет, о нет, я не могу не обращать внимания, я должен их остановить, они должны уйти, надо найти способ! Но я не могу найти, и Джинни мне не помогает, потому что я не говорю, о чем мои видения, а она не понимает, что не захочет этого знать, и я не думаю, что окклюменция поможет, потому что она для когда твой разум атакуют, а мой никто не атакует, это все из-за сыра, проклятье, ну почему сыр, я ненавижу сыр, ты должна мне помочь!
Гермиона удивленно моргнула, отдельные слова Гарри прорвались сквозь туман замешательства и волнения, окутывавший гриффиндорку с тех пор, как Драко повалил ее на землю. Исследование. Да, исследование, книги, библиотека. Место, где то-что-вероятно-почти-могло-бы-стать-поцелуем никогда бы не случилось. Обыденность. Да, обыденность: книги и… сны-видения, вызывающие ненависть к сыру… верно, это обыденность.
Гермиона села. Шесть квиддичных игроков приземлились рядом с Драко, а Оливер направлялся к ней, двигаясь с трудом – так сильно он смеялся, опираясь о свою «Молнию-2» как старик о трость. Гермиона глубоко вздохнула и посмотрела на Драко.
- Как ты, Драко? – спросил Гойл, держащий под мышкой один из бладжеров.
Драко застонал, не в состоянии сфокусировать взгляд.
- Тренировка окончена, - сообщил он и закрыл глаза.
Гермиона довольно улыбнулась. Она не знала, что означало то-что-вероятно-почти-могло-бы-стать-поцелуем, но была уверена, что Драко до сих пор нравился ей меньше всех учеников Хогвартса, и ничто не могло этого изменить.
Она повернулась к Гарри и вытянула левую руку, все еще сжимающую крошечный золотой мячик.
- Угадай что, Гарри? – она счастливо ухмыльнулась и приоткрыла ладонь. – Я поймала снитч!


Глава 28. Фэлиз Навидад



От переводчика: в этой главе упоминаются аж три популярные в США (откуда родом автор), но не настолько известные у нас рождественские песни, так что расскажу о них заранее:
“Feliz Navidad” (исп. «Счастливого Рождества») состоит всего из двух повторяющихся фраз: "Feliz Navidad, próspero año y felicidad" (исп. «Счастливого Рождества, удачного года и благополучия») и "I wanna wish you a Merry Christmas from the bottom of my heart" (англ. «От всего сердца желаю счастливого Рождества»)
“Santa Clause Is Coming To Town” («В город едет Санта-Клаус»), перевод в тексте главы мой, приблизительный
“Jingle Bell Rock” (Я перевела это как «Колокольчик звенит рок», если кто-то придумает лучший вариант, сообщите. Не путать эту песню с “Jingle Bells”)
Тексты последних двух песен на английском с сопутствующей музыкой можно найти здесь:
http://www.christmas-carols.net/carols/santa-claus-coming-town.html
http://www.christmas-carols.net/carols/jingle-bell-rock.html

Мадам Пинс, которой уже сообщили о цепи, связавшей Драко с Гермионой, и которая знала теперь, почему в прошлую пятницу они исследовали заклятья и любовные зелья, не возражала присутствию Гарри, Драко и Гермионы, засевших за стол в дальнем углу с огромными стопками книг. Драко отсутствующе смотрел на обложку книги, в которой мог быть способ разорвать цепь, и почти не слышал разговор Гарри и Гермионы.
Драко понял, что случилось: он выжил из ума. Полностью свихнулся. Ни один вменяемый человек не попытался бы поцеловать Грейнджер. Вуд, Снейп и Уизли только подтверждали это. Драко чокнулся. Он не знал, когда точно, но был почти уверен, что это случилось, когда он начал фанатично планировать первую шутку… аккуратно варя зелья и не подпуская к ним даже близко Кребба и Гойла, снова и снова проговаривая план действий с ними и Панси. Может, это и стало причиной; сейчас весь розыгрыш казался чертовски глупым замыслом. Он знал из первых рук, что, хоть Грейнджер и старалась обычно не попадать в неприятности, она на многое способна, если ее довести, а Снейп… ну почему он выбрал Снейпа? Да, Снейп единственный из учителей способен был привести ее в ужас… но ведь он еще и бывший Пожиратель смерти, Мерлина ради! И похоже было, что Драко не только заставил этих двоих работать вместе, но и полностью уничтожил своего декана.
- Значит, Джинни не стала тебе помогать?
- Ну да, она сказала, что не будет, если я не скажу ей, о чем эти видения.
- Но ведь это совершенно обоснованное условие…
- Вовсе нет. Ты просто не понимаешь…
Драко не мог думать ясно. Решение отгрызть себе руку с каждой минутой казалось все более привлекательным. Почему он почти поцеловал ее? Почему?!
- Но как мы можем прекратить эти видения, если ничего о них не знаем?
- Ты не захочешь знать, о чем они!
- Гарри… а ты уверен, что их стоит прекращать?
- Извини? Теперь мисс Я-Не-Отстану-От-Тебя-Пока-Не-Возобновишь-Занятия-Окклюменцией хочет, чтобы видения у меня были?
- Видения, Гарри, а не сны, засылаемые в твою голову Волдемортом!
Драко даже не вздрогнул, услышав имя Темного Лорда, он был слишком погружен в свои мысли. Как он мог хотя бы подумать о том, чтобы ее поцеловать? Она же грязнокровка и, что еще хуже, подруга Поттера!
- Ладно. Там были ты, я и Малфой, и ужасней этого зрелища я не видел с… с… да за всю свою жизнь!
- Постой, что? – вмешался Драко. – У тебя было видение обо мне?
- А почему еще я хочу от них избавиться? – огрызнулся гриффиндорец.
- Гарри, - неловко спросила Гермиона, - ты видел, что мы… умерли?
- Нет.
- Тогда я не понимаю, что тебя так расстроило. Ты, я и Малфой… нас пытали? – Гарри потряс головой. – Э-э… мы видели, как пытали кого-то другого? – Гарри потряс головой. – Кто-нибудь… кто-нибудь умер? – Гарри потряс головой. – Мы поссорились? – Она раздраженно вздохнула. – Ну, что еще тогда может быть настолько…
- О Боже мой!!!
Гарри и Гермиона подпрыгнули и повернулись к Драко, который уставился в никуда с выражением ужаса на лице.
- А с тобой что? – рыкнула Гермиона, но он не ответил.
Перед глазами Драко библиотека превратилась в незнакомую ему комнату, больше всего похожую на спальню. Будто в хрустальном шаре, он видел себя и Гермиону. Он целовал ее, а она… била его по затылку…
И, так же внезапно, как оно появилось, видение исчезло. Драко вернулся к действительности с таким толчком, словно упал с Астрономической башни. Он оцепенело уставился в пространство и не сразу понял, что глядит на Гарри.
- Ты тоже это видел, - произнес тот с дрожью в голосе.
Драко моргнул и вернулся на землю:
- Черт! Так ты видел это?!
Гарри кивнул, и Драко с ужасом на него уставился. Ладно еще, если бы это привиделось только одному из них. Такое можно было бы объяснить галлюцинацией, вызванной различными травмами и духами сыра. Блин, да он лишь час назад показал своими действиями на стадионе, что начинает сходить с ума. Но если это видел и Гарри…
«Такого не может быть, – в отчаянии подумал Драко. – Просто не может. А даже если и может, мне все равно, я никогда не поцелую Грейнджер, никогда…»
Драко резко потянулся в сторону Гарри и Гермионы, так что оба вздрогнули и подались назад, но он всего лишь придвинул к себе две стопки книг.
- Быстрее, - прорычал он. – Я хочу убрать это из своей головы.

* * *

МакГонагалл вздохнула и нацарапала «В» на последней из стопки контрольных работ. Остались только Драко с Гермионой, которые напишут свои работы завтра, и до среды с проверкой контрольных будет покончено.
Она встала и выпрямила спину, ноющую после нескольких часов в сгорбленном состоянии. Сегодняшние тесты были проверены, большинство гриффиндорцев вели себя хорошо, и теперь можно надеть тапочки и хорошенько…
- Держись наготове, не зли никого, будь милым ребенком – и вот отчего, - пропел мужской, очень громкий и очень фальшивый, голос.
«Это еще кто может быть?» - удивилась МакГонагалл.
Голос звучал старше, чем у большинства учеников, и казался знакомым, а его обладатель, по-видимому, не практиковался в пении много лет. Нахмурившись, она направилась было к двери, но та распахнулась сама.
В комнату, вальсируя – вальсируя! – вплыл Северус Снейп в нелепом рождественском свитере, принеся с собой бутыль вина и легкий запах тухлого сыра.
- В город едет Санта-Клаус! В город едет Санта-Клаус! В город едет Санта-Клаус! – громко пропел Снейп.
МакГонагалл потрясенно уставилась на него. Она в жизни не видела ничего более поразительного, это было все равно, как если бы Санта принялся продавать наркотики.
Снейп, вытанцовывая, направился к ней:
- Он пишет свой список, его проверяет; кто вел себя плохо, сразу узнает. В город едет Санта-Клаус! В город едет Санта-Клаус! В город едет Санта-Клаус!
МакГонагалл во все глаза глядела на Снейпа, который приблизился к ней и обнял за плечи, и размышляла: быть может, он пьян. Однако, выпив, Снейп бывал либо подавленным, либо язвительно-веселым, и уж никогда не распевал радостно песен. Кроме того, бутыль была все еще запечатана, а пахло от слизеринского декана только сыром.
- Ну же, Минерва, подпевай! Санта-Клаус…
- Допой эту строчку, и умрешь медленно! – крикнула МакГонагалл.
Снейп удивленно замер. Она глубоко вздохнула, чтобы успокоиться, отступила в сторону из-под его руки и посмотрела на него с выражением, от которого первоклашки, бывало, ходили под себя.
- С меня хватит, - рыкнула МакГонагалл. – Достаточно. Ты сейчас же расскажешь, что с тобой случилось, или я буду колотить тебя, пока ты не вспомнишь, что ты. Злобный. Слизеринский. Придурок!
Снейп изумленно посмотрел на нее, а затем пожал плечами и откупорил бутылку.
- Хорошо, - произнес он. – Я все тебе расскажу. Но брось, на носу Рождество! Выпьем в честь него, а?
МакГонагалл вздохнула и смерила жаждущим взглядом бутыль.
- Почему бы и нет, - проворчала она. – Выпивка мне не повредит.

* * *

- Это было потрясно, - в сороковой раз повторил Фред. – Я про то, что он вопил как девчонка.
- Ставлю десять галлеонов, что с рукой ему это сделала Гермиона, - сказал Джордж. – Похоже, она его укусила; вы видели отметины зубов сквозь дыру в рукаве?
- Гермиона пыталась откусить руку Малфою, - с удовольствием произнес Фред. – Хотел бы я присутствовать при этом… а ты, Рон?
Рон неопределенно промычал. Да, наблюдать за убегающим Малфоем было весело, но одновременно это зрелище подавляло. Было мучительно осознавать, что они с Гермионой поссорились, по-настоящему поссорились, а не повздорили, как обычно (что случалось по несколько раз на дню, и мирились они почти сразу). Было мучительно осознавать также, что у Гермионы оказались от него тайны. Мучительнее же всего было знать, что он оставил ее одну.
Когда они впервые приехали в дом на площади Гриммо, то были сильно на взводе и постоянно ссорились: то и дело один из них выбегал из комнаты и не разговаривал с другим по нескольку часов. Наконец, спустя три недели оба просто сорвались. Рон начал кричать, что он всегда в их компании третий лишний, всегда в стороне, и хотя Гермиона пыталась сначала перед ним извиниться, он не успокаивался, и тогда она тоже начала кричать, что Рона и Гарри никогда не было рядом с ней, не так, как она была рядом с ними. Рон попытался было это отрицать, и она швырнула ему в лицо все подобные случаи: Виктор, их ссоры на третьем курсе из-за Коросты и «Молнии» и так далее, и тому подобное, кое-что из этого он сам едва мог вспомнить. Рон впервые осознал, как часто за прошедшие годы он причинял ей боль, как часто он принимал ее поддержку как должное, и как часто он подводил ее, оставляя справляться с неприятностями самой. Проблемы Гермионы всегда были ее собственными, тогда как проблемы Рона и Гарри были и проблемами Гермионы тоже. Она была в слезах, когда закончила перечислять.
Когда она попыталась выбежать из комнаты, Рон остановил ее и извинился, и сказал, что не имел ни малейшего понятия, и пообещал в будущем всегда быть рядом. С тех пор он старался выполнять свое обещание, чувствуя себя ужасно, когда подводил ее, неважно, насколько сильно. Теперь же она прикована к Малфою – и мало что требовало большей поддержки, – а он гуляет со своими братьями, оставляя ее решать проблемы одну. Нет, он считал, что имеет полное право сердиться, но все равно чувствовал себя виноватым, пренебрегая обязанностями ее парня и, что еще важнее, друга.
- Да что с тобой? – ворвался в размышления Рона голос Фреда. – У тебя такой вид, словно Сыч умер.
Рон бросил на него злой взгляд:
- Или превратился в канарейку размером с библиотеку?
- Ах да, - Фред притворился, что ему стыдно. – Извини.
- Эй, слушайте! – поднял руку Джордж.
Из дальнего конца коридора послышался раздраженный голос Гарри:
- Я не скажу!
- Джинни, отстань от него, - это была Гермиона.
- Отлично! – воскликнул Фред. – Спросим их, как началась эта погоня.
Рон запаниковал. Чего он не смог бы сейчас вынести, так это встречи с Гермионой.
Схватив Фреда и Джорджа за шкирки, Рон потащил их к секретному проходу.

* * *

Оливер чуть ли не вприпрыжку шел по коридору. Ему всегда было хорошо после полетов, но этот раз оказался совершенно потрясающим.
Как можно было понять из поведения Гарри, Рона и Гермионы в последние два дня, Гермиона с Роном поссорились. С одной стороны, Оливер ей сочувствовал, с другой – это обнадеживало. Добавьте сюда их с Малфоем комичные выходки на квиддичной тренировке, и остается удивляться, почему Оливер не несется по коридору на своей «Молнии-2», словно маленький ребенок. Это был его лучший вечер за очень долгое время, несмотря на то, каким ужасным казалось утро с Роном – и хоть та сцена была неудобной, приятно знать, что Рон больше не жаждет его крови.
Припомнив, что он должен был сообщить МакГонагалл об окончании тренировки и поведать, как все прошло, он повернул к ее кабинету. Подходя туда, Оливер услышал, что она говорит со Снейпом: они общались громко и неофициально, слова прекрасно можно было различить сквозь закрытую дверь. Что-то в их голосах было неправильно, Оливер поначалу не понял, что именно.
- То есть, их ожидают видения и пророчества? – весело спросила МакГонагалл.
- И это не самое худшее, - ответил Снейп, его голос действительно звучал как-то не так. – Понимаешь, того, кого укусит Дух сыра, начинают изводить сны о человеке, которого он представлял себе, пока этот дух создавался.
- Стоп-стоп, - простонала МакГонагалл. – Я сейчас не воспринимаю длинных слов, дай-ка подумать…
- Когда я произнес заклинание, - объяснил Снейп, - то представлял себе Эванс. Так что всю следующую неделю я видел сны только о ней и не мог думать почти ни о чем другом.
МакГонагалл расхохоталась, гораздо громче, чем обычно:
- И кого представлял себе Малфой?
- Он сказал, что никого, - ответил Снейп. – И Поттер, предположительно, тоже.
- Но если они все же представляли, то будут видеть сны об этом человеке? И думать о нем?
- Да. Причем в очень интимном плане, - засмеялся Снейп, и Оливер содрогнулся: смеющийся Снейп – это просто неестественно. – Надеюсь, Поттер все же неосознанно о ком-нибудь думал.
- Может, и думал. Да и Малфой тоже. Или он просто не захотел говорить, кто был тогда у него на уме.
Что-то в том, как она это произнесла – слова искажены так, что это звучало как «ли онпро стоне захтел грить тобл тада унво нуме», - вдруг заставило Оливера осознать, в чем дело. Как большинство ребят лет двадцати с небольшим, Оливер мог на слух отличить пьяного человека от трезвого. Но, как профессиональный спортсмен, он был слишком хорошо знаком с нечеткой речью и распознавал ее автоматически, даже не понимая, что здесь не так.
Он постучал в дверь, вошел, не дожидаясь ответа, и вытаращил глаза при виде Снейпа и МакГонагалл. Снейп развалился в кресле, рядом пустая бутылка вина, а в руке почти полный бокал. МакГонагалл лежала на письменном столе, свесив с края голые ноги, под головой свитки пергамента, исписанные, кажется, студентами, в одной руке большая бутыль вина. Оливер ошарашено смотрел, как МакГонагалл, не поднимая головы, сделала большой глоток прямо из бутыли и улыбнулась ему.
- А ты нас напугал, - невнятно произнесла она. – Подумали, это ученик.
Оливер повернулся к Снейпу, надеясь на объяснение, но тот лишь слегка ему помахал.
- Здорово, Вуд, - сказал Снейп, колокольчики на его свитере звякнули.
- Что это на вас? – пробился сквозь шок Оливера вопрос.
- Дух Рождества, - ответил Снейп. – Не путать с Сырным.
- Рождества… дух? Сырным?
- Точно, Рождество – это время для духов. И счастья. Я теперь счастливый человек, - он рукой прикрыл рот с одной стороны, как будто не хотел, чтобы услышала МакГонагалл, и громко прошептал: - У меня теперь есть подружка.
Оливер потряс головой, не в состоянии справиться с новым потрясением.
- Э-э… ну тогда я пойду, - пробормотал он.
- Брось, Вуд, не будь такой размазней, - вмешалась МакГонагалл.
- Вы назвали меня размазней?! – возмутился Вуд. Его только что назвала размазней его пьяная преподавательница трансфигурации? Да что такое происходит с его жизнью?
- Останься и выпей, - добавила она. – Выпей как мужчина, ты… ты… маменькин сынок.
- Маменькин сынок! – радостно повторил Снейп.
- Лучше я вернусь, когда вы протрезвеете, - сухо ответил Оливер.
- Маменькин сынок! – крикнула МакГонагалл. – Маменькин-сынок-маменькин-сынок-маменькин-сынок!
- Ма-мень-кин сы-нок! Ма-мень-кин сы-нок! – проскандировал Снейп.
- Я… да вы… прекратите это… я… Я НЕ МАМЕНЬКИН СЫНОК! – взревел он, да так, что те двое подскочили. Оливер бросился к МакГонагалл, выхватил бутыль и сделал большой глоток. – Вот, довольны? Я… эй, оно совсем неплохое, - он поднял бутыль к глазам, чтобы прочитать этикетку.
- Лучшее вино-о-о-о в волшебном мире-е-е-е-е, - пропел Снейп.
- Угощайся, - произнесла МакГонагалл. Она открыла ящик стола, достала другую бутылку и открыла ее прикосновением палочки. – У нас еще много.
Оливер нахмурился. С одной стороны, все это очень и очень странно. С другой, сегодня все его встречи со странностями заканчивались вполне даже хорошо. И вино было замечательное.
- Почему бы и нет, - пробормотал он и глотнул еще.

* * *

Джинни присоединилась к Гарри, Гермионе и Драко по пути назад – так как тем нужна была помощь, чтобы нести библиотечные книги (пятьдесят две штуки), они смирились с ее назойливостью в обмен на тяжелый труд. Она узнала от Гермионы, что у Драко появились схожие с гарриными видения, и они как-то связаны с дошедшими до Джинни слухами о сырном монстре (ну конечно, это была та единственная сплетня, которую Джинни автоматически посчитала неправдой, подумать только) и происшествии в кабинете Снейпа, но больше никто ни в чем признаваться не хотел, и похоже было, что Гермиона знала немногим большее нее. О квиддичной тренировке она тоже говорить не хотела, но Джинни решила, что сейчас лучше сосредоточиться на видениях.
- Ну ладно тебе, хоть намекни? – умоляла она, внутренне потешаясь над двумя испуганными мальчишками.
- Я не скажу!
- Джинни, отстань от него, - устало произнесла Гермиона, стараясь не отставать от Драко, который очень быстро шел в гостиную, чтобы поскорее вернуться к исследованию.
- Он что, тебе рассказал? – обвиняющее спросила Джинни.
- Нет. Но рано или поздно тебе придется, Гарри, - строго произнесла Гермиона. – Вдруг это поможет. Если бы я знала, о чем твое видение, то смогла бы сузить поиск – например, пророческие видения о смерти наверняка будут отличаться от видений о том, что мы будем есть завтра на обед. И они могут быть важны, в том смысле, которого ты…
- Нет, - ответил Гарри. – Они не важны. Они, наверное, даже не реальны. Но они должны исчезнуть!
- Похоже, это что-то значительное, - самодовольно произнесла Джинни. – Ну что ж, тогда можно просто подлить Малфою сыворотку правды и вытянуть все из него, раз уж у него тоже начались эти видения…
Драко резко остановился и повернулся к Джинни, напугав ее. Он строго посмотрел ей в глаза:
- Слушай сюда, Маленькая Крысли, и слушай внимательно. Ты. Не. Хочешь. Этого. Знать.

* * *

Оливер, в стельку пьяный, лежал на полу между креслом Снейпа и столом МакГонагалл.
- И что, вы часто так развлекаетесь? – спросил он.
- Временами, - ответил Снейп и протянул руку с бокалом к МакГонагалл. – Минерва, наполни.
По большей части МакГонагалл лила вино мимо – на ковер и грудь Оливера, – но и в бокал попадало достаточно, так что через несколько секунд Снейп убрал руку. МакГонагалл продолжила лить, уже привыкший к этому Оливер сам выровнял бутылку, и МакГонагалл ее убрала.
На волшебников и ведьм спиртное влияло не совсем так, как на магглов, - магия в их крови начинала вытворять разные странности, - но алкоголь все равно делал свое дело. Снейп, МакГонагалл и Оливер уже довольно долго находились в кабинете, и Вуд был пьян почти так же, как и двое других. Они рассказывали ему о «Дорвилароне», кто бы это ни был – кажется, какой-то сырный демон, – а он кивал и говорил в нужные моменты: «Ясно», решив подумать надо всем этим позже, когда будет трезв.
- Мне скучно, - заявила МакГонагалл и попыталась сесть. – Эй, я знаю. Давайте сыграем в «Удери, удиви или устраши ученика»!
- А как в нее играют? – нахмурился Оливер.
- Ну, мы бродим по замку, - начал Снейп, - и если встречаем умного студента или того, кто может о случившемся всем растрепать, то мы удираем.
- То же относится к Аргусу и Альбусу.
- Если ученик туповат или нам не нравится, мы стараемся его ошарашить.
- Обычно это бывают слизеринцы, - услужливо вставила МакГонагалл.
- Но если этот ученик хладнокровный и невозмутимый – и не станет после всем рассказывать: «угадайте, что сделали Снейп и МакГонагалл», либо ему никто не поверит, – то мы его пугаем.
- У меня хладнокровных студентов больше, чем у Северуса, - захихикала МакГонагалл.
- Как именно пугаете? – подозрительно спросил Оливер, припоминая дикую историю, рассказанную Анджелиной Джонсон на его четвертом курсе.
- Увидишь, - загадочно произнесли Снейп и МакГонагалл.
Оливер пожал плечами и сел:
- А можно взять с собой вино?
- Да в «Удери, удиви или устраши ученика» нельзя играть без вина! – ответил Снейп.
- Или еще чего-то спиртного, - добавила МакГонагалл.
- Тогда я в игре, - охотно согласился Оливер.

* * *

Прячась в секретном проходе за гобеленом, Рон, Фред и Джордж смотрели, как Гарри и остальные возобновили свой путь.
- Странно все это, - пробормотал Фред.
- А представьте себе, каково находиться рядом с этими двумя постоянно? – сказал Джордж. – Я о Гарри и Гермионе.
- Сколько всего тогда приходится терпеть, - произнес Фред. – Видения, сражения со злом и боги знают, что еще… - Тут Фред увидел, как сверлит его взглядом Рон. – Ах да, извини. Не представляю, как ты все это делаешь.
- Практика, - сухо ответил Рон и вышел из-за гобелена, благо Гарри, Гермиона, Джинни и Драко уже ушли. Близнецы последовали его примеру.
- Ну… пойдем за ними и подслушаем еще? – с энтузиазмом предложил Джордж. – Можно узнать чего полезного для войны шуток.
Рон потряс головой. Уже подслушанный разговор только усугубил его терзания: мало того, что Гермиона была прикована к Малфою, так теперь еще они с Гарри пытались разгадать какую-то новую тайну. Без него.
- Наверное, мне лучше побыть одному, - пробормотал он.
- Ну… ладно, - удивился Фред. – Мы тогда… навестим Оливера.
- Точно. Он говорил, что должен смотреть за тренировкой слизеринцев; наверняка ему есть, о чем нам рассказать…
Джордж замолчал – они снова услышали голоса… но эти были гораздо интересней, чем Гарри и Гермионы. К тому же они пели.
- Что, опять Снейп? – предположил Фред.
- С ним кто-то еще, - сказал Рон. – Я их слышу.
- Но кто будет разгуливать по замку и распевать песни с компании Снейпа? – изумился Джордж.
- А может, все просто свихнулись, - жизнерадостно предположил Фред. – У Гарри и Малфоя общие видения, Джинни взяла в руки библиотечные книги, Рон ведет себя не как подобает Уизли и хочет кого-то разыграть, а Снейп поет песни.
- Мир действительно сошел с ума, да? – произнес Джордж и тут же нахмурился. – Не надо, не отвечайте.
Но ответ все равно пришел – вывернул прямо из-за угла. Снейп, МакГонагалл и Оливер с бутылками в руках, покачиваясь, шли по коридору. Обняв друг друга за плечи, они пели… если это можно было так назвать.
- Фэлиз Навидад! – орали они вразнобой и при этом нечетко, так что троим Уизли не сразу удалось распознать эти слова как испанские.
Рон, Фред и Джордж вылупились на троих преподавателей, - с одним из которых дружили вот уже несколько лет, - остановившихся перед ними. Тут Снейп рванулся к Рону и схватил его за плечи; Фред с Джорджем непроизвольно выхватили палочки, но Рон был слишком удивлен, чтобы отреагировать.
Снейп уставился Рону в глаза, а близнецы тем временем решали, будет ли нападение на него ужасной ошибкой. Затем зельевар открыл рот и очень громко пропел английский куплет «Фэлиз Навидад». Закончив, он выжидающе посмотрел на Рона.
Рону не было, что на это ответить.
Долгое-предолгое время спустя Снейп оттолкнул Рона и повернулся к своим коллегам.
- Клевая игра! – радостно воскликнул Оливер. МакГонагалл захихикала.
- Фэлиз Навидад, - выдавила она сквозь смех, наступая на испуганных и сбитых с толку Уизли. Близнецы попытались спрятаться за Рона, но МакГонагалл рванулась к ним и обхватила Фреда рукой за плечи. – Фэлиз Навидад!
- Фэлиз Навидад! – крикнул Оливер, прыгая вокруг них.
- Фэлиз Навидад! – произнес Снейп, раскачиваясь на месте с выражением лица Луны Лавгуд.
- Фэлиз Навидад! – сообщила МакГонагалл замершему Фреду, весь вид которого умолял: «Боже, пожалуйста, помогите!» – Фэлиз Навидад!
- Фэлиз Навида-а-а-ад! – подражая певцам джаза, протянул Оливер, продолжая прыгать вокруг.
Снейп обнял за плечо Джорджа и попытался заставить того раскачиваться вместе с ним. Рон нервно взглянул на преподавателей и начал осторожно отступать, стараясь не выпускать никого из виду. Тут Оливер, МакГонагалл и Снейп остановились и прокричали английский куплет «Фэлиз Навидад».
Близнецы одновременно заткнули уши.
- Э-э… пожалуйста, отпустите, - слабо попросил Джордж Снейпа.
Тот подчинился, а затем подпрыгнул и приземлился с разведенными в стороны руками и ногами.
- «Колокольчик звенит рок», начали! – объявил Снейп. Они пропели первые четыре строчки, совершая странные танцевальные па, напоминающие движения из твиста.
- К Равенкло! – воскликнула МакГонагалл. Преподаватели построились друг за другом, каждый положил руки на талию впереди стоящего, и они пошли дальше по коридору.
Следующую строчку Снейп пропел ужасающе радостным голосом, и трое Уизли подумали, что еще никогда в жизни не были так напуганы. Через каждые несколько шагов преподаватели делали махи ногами в стороны, обычно вразнобой.
Они дошли до конца коридора.
- Мы идем, Равенкло! – завопила МакГонагалл. Продолжая петь и махать ногами, они со Снейпом повернулись налево, Оливер – направо (через пару секунд он развернулся и бросился за остальными). Где-то на последней строке песни голоса учителей стихли.
Еще долгое время Рон, Фред и Джордж потрясенно смотрели им вслед, чувствуя себя так, словно только что чудом избежали смерти. Затем Фред и Джордж медленно повернулись друг к другу.
- Да, мир действительно сошел с ума, - содрогнувшись, произнес Джордж.
Фред кивнул и снова бросил взгляд туда, где исчезли преподаватели.
- Ничего себе, - благоговейно прошептал он. – А Хогвартс-то и вправду изменился.

Глава 29. Большая кража лимонных долек



- Еще один вопрос, Джинни, и я тебя закляну, - Гермиона устало откинулась на спинку стула.
Они вчетвером сидели в гостевой комнате: Драко работал за одним из столов, почти не разговаривая и покидая свое место только, чтобы взять следующую партию книг; Гермиона, Гарри и Джинни сидели за другим, последняя изо всех сил старалась добыть информацию из Гарри, а тот пытался не обращать на нее внимания. Они искали уже несколько часов, но так и не нашли ни единой зацепки к тому, как блокировать видения. Гермиона готова была сдаться, завтра днем у нее должен был состояться экзамен по нумерологии, плюс экзамены, которые она будет сдавать вместе с Гарри и Драко: защита от темных сил утром и трансфигурация вечером. Не было ничего страшного в том, чтобы отложить на сегодня учебу – у них еще будет время завтра утром, – но последнее, чем Гермиона хотела сейчас заниматься, это исследования. Ее одежда была сырой после валяния в снегу, она оплакивала потерю снитча (Гарри забрал его, швырнул в ящик для мячей и потащил ее к замку) и постоянно возвращалась мыслями к Драко. Гермиона пыталась разгадать его намерения на стадионе, а то, что он не меньше Гарри был взволнован видениями, прибавляло ей тревог. Гарри могло обеспокоить многое, а Малфоя еще больше, но что способно встревожить сразу обоих? У них не так уж и много общего.
Все, что сейчас было нужно Гермионе, это принять в ванной старост хорошую, долгую ванну и немного почитать «Историю Хогвартса», а затем сладко уснуть, но все это было недосягаемо с Драко, прикованным к ее запястью, Гарри, свихнувшимся из-за видений, Джинни, жаждущей сплетен, и недавними неприятными воспоминаниями, связанными с той самой ванной.
Джинни вздохнула:
- Ладно. Вы не собираетесь ничего мне говорить. Во всяком случае, пока. Но рано или поздно вам придется рассказать все – о квиддичной тренировке, об этом сырном чудовище на уроке у Снейпа, о…
- Снейп!!! – вскричал Драко, заставив Гарри выронить книгу, а Гермиону выхватить палочку: они почти забыли, что Драко тоже был здесь. Тот отбросил книгу, что читал до сих пор, и вскочил. – Снейп! Ну конечно! Кому еще знать об этих сырных видениях, как не ему?
- А вот это мысль, - задумалась Гермиона, от усталости ей было все равно, что идея пришла в голову слизеринцу. – Утром мы к нему подойдем.
- К черту утро! – воскликнул Драко. – Я иду сейчас.
- Отбой уже был, - напомнила Гермиона.
- Точно. Я возьму мантию, - кивнул Гарри и бросился к своему сундуку.
- Я не это имела в виду, - возмутилась Гермиона. – Гарри, подождем до завтра.
- И увидеть сегодня еще один сон? Ну уж нет, - ответил тот, роясь в сундуке. – Я иду сейчас, с тобой или без тебя.
- В таком случае, без меня.
- С тобой, - отрезал Драко. – Я больше никогда не собираюсь видеть… то, что видел… снова. Никогда.
- Если у вас одни и те же видения, какой смысл идти обоим? – огрызнулась Гермиона.
- О, и я должен поверить, что Поттер скажет мне правду? Как же!
- Ну а я не пойду, и ты меня не заставишь.
- Поспорим?
- Поспорим, - Гермиона не убирала руку с волшебной палочки.
- Ага, нашел! – не слышавший их Гарри встал с мантией-невидимкой и картой Мародеров в одной руке и вредноскопом в другой. – Возьмем его, - Он помахал вредноскопом, - на случай, если Снейп попытается солгать.
- Гарри, разговор подождет до утра, - настаивала Гермиона.
- Это что, мантия-невидимка? – возмутился Драко. Гарри кивнул. – Так вот, как ты это делал! Ты, жулик! Вот почему тебя никогда не могли поймать!
- Замолкни, - рыкнул Гарри, закатив глаза. – Гермиона, с мантией нас никто не увидит.
- Все так плохо, что ты готов разделить свою мантию с Малфоем? – изумилась Джинни. – Ничего себе. Что же такого было в этом видении?
Гарри сердито глянул на нее, положил мантию и карту на кровать Гермионы и засунул в карман вредноскоп.
- Торжественно клянусь, что не замышляю ничего хорошего, - произнес он, прикоснувшись к карте волшебной палочкой. – Снейп… Снейп… в кабинете его нет, и в классе… где же он? – Гарри, нахмурившись, разглядывал карту. Гермиона молилась про себя, чтобы Снейп оказался в Хогсмиде или где-то еще, но ей не повезло – Гарри ликующе ткнул в карту пальцем: - А, вот он! Снейп в кабинете МакГонагалл, вместе с ней самой и… Вудом.
- И что они там делают, интересно? – подошла взглянуть Джинни.
- Этого карта сказать не может, - напомнил ей Гарри. На шестом курсе он с удивлением узнал, что Джинни, которую близнецы всерьез считали своей преемницей, все известно о карте Мародеров, ее возможностях и нынешнем местопребывании. – Но они там, что играет нам на руку… это гораздо ближе, чем подземелья. Весь фокус в том, чтобы поговорить со Снейпом наедине – лично я не хочу ставить в известность о нашей проблеме Вуда и МакГонагалл.
- Я могу организовать диверсию, - предложила Джинни. – Скажу, допустим, что в классе зельеварения какая-то беда, и заставлю его выйти.
- Подойдет, но только не класс зельеварения – ты ведь должна была находиться в гриффиндорской башне. Придумай по дороге иную причину, - посоветовал Гарри. Он ткнул пальцем в карту недалеко от кабинета МакГонагалл. – Да, и постарайся подвести его вот сюда, к этому тайному проходу, мы будем ждать там. Если через пятнадцать минут он не появится, мы отправимся в кабинет зелий и…
- Ты хоть сам себя слышишь? – вмешался Драко. – Будто генерал планирует предстоящее сражение. Это не прогулка после отбоя, а гражданская война какая-то. Может, просто пойдем?
- Мы все не уместимся под мантией, - указала Гермиона.
- Я пойду снаружи, - сказала Джинни. – Вы будете следить за учителями по карте, а если меня все же увидят, я скажу, что ищу Снейпа.
- Я не иду, - повторила Гермиона. – Я сейчас приму душ и лягу спать.
- Ты за последнюю неделю столько душей приняла, что на всю оставшуюся жизнь хватит, - вмешался Гарри. – Гермиона, ты нужна нам. У тебя на Снейпа влияние.
- То, что мы вместе сыграли пару шуток, не делает меня его лучшей-прелучшей подругой на всем белом свете, - вспылила Гермиона.
Драко схватил ее за руку:
- Ты идешь с нами.
Гермиона вцепилась руками в сиденье стула, а ногами зацепилась за его ножки:
- Не иду.
- Идешь.
- Попробуй меня заставить.
Какое-то время они играли в гляделки, и наконец Драко зарычал и схватил ее стул за спинку.
- Отлично, я тебя заставлю, - бросил он. – Пошли, Поттер.
Гарри засунул мантию-невидимку и карту Мародеров в карман: когда-то они решили, что, выходя из гостиной так рано, лучше надевать мантию, уже оказавшись в коридоре, иначе оставался риск с кем-то столкнуться и сделать гаррину мантию-невидимку достоянием общественности. Зато гриффиндорцы не были склонны ябедничать, особенно, на тех, кто гуляет после отбоя и в любом случае сильно рискует попасться.
Гермиона взвизгнула – Драко дернул спинку стула на себя, поставив его на две ножки, и поволочил вместе с Гермионой к двери. Гриффиндорка потянулась было за палочкой, но стул слегка дернулся, и она снова вцепилась в сиденье, боясь потерять равновесие.
- Гарри! На помощь!
- Прости, Гермиона, - извиняющимся тоном произнес тот, - но если Снейп опять стал самим собой, ты единственная сможешь получить от него ответы.
- Гарри! Как ты можешь быть вместе с Малфоем!
Гарри замер, позеленев, но вскоре пришел в себя.
- Прости, - повторил он, - но если у нас все получится, мне никогда не придется быть… вместе с Малфоем… снова.
Гермиона изумленно на него уставилась. Гарри явно чего-то недоговаривал, – наверняка это было связано с видениями, - и все равно, то, что он позволил Малфою так с ней обращаться, поразило ее до глубины души.
- С вами не соскучишься, - пробормотала Джинни, следуя за ними к двери.
Драко выволочил Гермиону в коридор, приостановился, чтобы открыть проход, и вытащил стул с гриффиндоркой в гостиную. Многие ученики еще бодрствовали, готовясь к предстоящим контрольным работам; при звуке отодвигающейся стены все они подняли головы и уставились на Драко, который пятился задом наперед, волоча брюзжащую Гермиону к выходу.
- Чего вылупились? – рявкнул он. Все промолчали.
Драко продолжил свой путь к портрету… и с кем-то столкнулся. Он бросил взгляд через плечо… сглотнул и быстренько развернул стул с Гермионой, отгородившись им от трех сердитых Уизли.
Гермиона испуганно посмотрела на Рона, по обеим сторонам которого встали Фред и Джордж, все трое скрестили руки на груди и зло на нее уставились.
- Р… Рон? – нерешительно спросила она.
- Я просто хочу, чтобы ты знала, - выплюнул тот, - что можешь натравливать на меня двух своих любовничков и обожаемую училку сколько хочешь, потому что ты меня не напугаешь, и МакГонагалл, Снейп и Вуд тоже не напугают.
- А? – выдала умную речь Гермиона.
- Ты прекрасно знаешь, о чем я, - прорычал он.
- Нам не нравится, когда Снейп, МакГонагалл и Вуд нам поют, - бросил Джордж.
- Или хватают нас за плечи, - добавил Фред.
- Или кричат нам: «Фэлиз Навидад!» - закончил Рон.
- Чего?! – изумилась Гермиона.
- Если хочешь войны, Гермиона, - произнес Рон, - ты ее получишь. Ты и Гарри.
- Рон, я не…
- Не старайся, - бросил он, и трое Уизли обошли Гермиону, направившись к лестнице в спальни мальчиков.
- Это было… занятно, - нарушила царившую в гостиной тишину Джинни.
- О чем они вообще толковали?! – недоумевала Гермиона.
- Какая разница? У меня проблемы посерьезней, - пожал плечами Драко, резко развернул стул обратно, чуть не выбросив из него Гермиону, и потащил дальше.
- Гарри, Джинни, кто-то должен с ним поговорить… - начала было Гермиона, но Гарри ее прервал:
- Это важнее.
Драко пинком открыл портретный проем, Гарри взял стул Гермионы за ножки и помог слизеринцу вынести его в коридор.

* * *

- Это было великолепно, - смеялась МакГонагалл. На пути в библиотеку они чуть было не столкнулись с Дамблдором, так что вернулись в кабинет. – Вы видели лицо Уизли?
- Обнять его за плечи было отличной идеей, - ухмыльнулся Оливер. Он был в восторге от того, что смог поиздеваться над близнецами – полагал это своеобразной местью за то, что они принудили его рассказать им о Гермионе, ее татуировке и войне шуток. – Надо будет как-нибудь повторить.
- Обязательно повторим, - отозвалась МакГонагалл. – Мы ведь этим уже сколько лет занимаемся.
- А вы, случаем, не нападали на Анджелину Джонсон? – спросил Оливер. – Лет эдак семь назад?
- О, эта оказалась одной из лучших жертв, - кровожадно протянул Снейп. – Она готова была разрыдаться. Или наложить в штаны.
- Даже радостный, ты остаешься слизеринцем, - потрясла головой МакГонагалл.
- Ты наслаждалась зрелищем не меньше меня, - возразил Снейп.
- И что? – ухмыльнулась она.
Снейп собирался ответить, но тут в дверь постучали. Преподаватели в тревоге повернули головы.
- Кто там? – спросила МакГонагалл.
- Это Джинни Уизли, профессор! Тут небольшое происшествие случилось…
При звуке голоса Джинни учителя зловеще заулыбались. Пошептавшись с остальными, Оливер направился к двери.

* * *

Они дотащили стул с Гермионой до первого лестничного пролета, когда та наконец сдалась, - или, скорее, перепугалась при мысли о том, как Малфой будет спускать ее вниз по ступенькам, и начала кричать. Она неохотно поднялась со стула, помогла Гарри спрятать его на время в секретном проходе и залезла вместе с Гарри и Драко под мантию-невидимку.
- Еще один обычный день, - пробормотала Гермиона.
- И не говори, - дружно прошептали Гарри и Драко и с отвращением посмотрели друг на друга.
- Пожалуйста, не делайте так, - попросила Джинни. – Мне и без того жутко прогуливаться, когда вы трое спрятаны под мантией-невидимкой.
Мантия, несколько лет назад такая вместительная, казалось, уменьшилась на несколько размеров. Гарри и Малфой, хоть и не были толстяками, оставались достаточно высокими, и идти им приходилось на полусогнутых ногах. Стараясь держаться друг от друга как можно дальше, они заставили Гермиону встать между ними, чему она вовсе не была рада: Гарри постоянно наступал ей на ногу, а каждый раз, случайно дотронувшись до Драко, она вздрагивала, прижимаясь к Гарри, которого, и без того нервного, это еще больше смущало.
- Мы еще не пришли? – проныла Гермиона, чье поле зрения ограничивалось спиной Гарри и кусочком пола.
- Почти, - вздохнул Гарри, посмотрев на карту. – Филч все еще у себя, а Снейп – у МакГонагалл… впереди есть тайный проход, но лестница там очень узкая, думаю, лучше выбрать длинную дорогу…
Гермиона застонала. Все, чего она сейчас хотела, это лечь и уснуть: она ужасно устала, голова гудела от всех проблем. Но нет, эти двое хотят увидеть Снейпа. Ну почему Снейпа?!
- Ребят, - заговорила Джинни, - а вам не интересно, с чего вообще Снейп, МакГонагалл и Оливер собрались в одном кабинете?
- Какая разница? – удивился Гарри.
- Наверное, никакой, просто это странно. Оливер не особенно дружит с другими учителями, и тем более, не с МакГонагалл и Снейпом. А в первый раз мы посмотрели на карту двадцать минут назад, они с тех пор так и не разошлись.
- И о чем это Рон говорил? – заинтересовался темой Гарри. – Кажется, он считает, что Гермиона подговорила их напасть на него и близнецов?
- Он упоминал пение и «фэлиз навидад», - припомнила Джинни.
- Это рождественская песня так называется, - вставила Гермиона. – Правда, она маггловская.
- Снейп напал на Фреда, Джорджа и Рона, распевая рождественскую песню?
- При поддержке МакГонагалл и Вуда?
- Не самая странная из его проделок за последнее время, - пробормотал Драко.
- Неудивительно, что Рон думает, будто это ты подстроила – Вуда со Снейпом больше ничего не объединяет, - задумался Гарри. – Лишь ты. А учитывая, что вы с Роном поссорились…
- Не сыпь мне соль на рану… - начала было Гермиона, но ее перебили.
- Ха! – воскликнул Драко. – Так все же у тебя с Вудом и Снейпом что-то есть!
- Ну да, Малфой, это же так очевидно, - закатила глаза Гермиона и наступила ему на ногу.
- Ай! Но ведь другого объяснения нет! Ты и Снейп, ты и Вуд…
- И зачем-то они объединились, чтобы запугать Рона рождественскими песнями, - закончила Гермиона. – Ну да. Гениально. Ты так выведаешь все мои секреты. Может, сразу признаться: я потомок огнедышащей колдуньи и самого Мерлина, по выходным я выступаю экзотической танцовщицей, а в библиотеке тайно встречаюсь со всем мужским персоналом замка из тех, кому еще нет пятидесяти.
- Хорошо, что ты это признала, - ухмыльнулся Драко.
- Можно теперь столкнуть его с лестницы? – спросила Гермиона друзей.
- Лишь когда мы снимем цепь, и только если позволишь мне помочь, - ответила Джинни.
- Поддерживаю, - произнес Гарри.
Пикируясь всю оставшуюся дорогу, они дошли до кабинета МакГонагалл. Гарри, Гермиона и Драко спрятались в секретном проходе, а Джинни постучала в дверь.
- Кто там? – послышался встревоженный голос МакГонагалл.
- Это Джинни Уизли, профессор! Тут небольшое происшествие случилось: в коридоре, ведущем к гриффиндорской башне, разлито какое-то зелье, и мы не можем пройти, но…
Дверь распахнулась, явив взору Джинни испуганного Оливера, который схватил ее за мантию, втянул внутрь и потащил к столу МакГонагалл.
- Эй, что ты… А-а!
Оливер нажал ей на голову и толкнул под стол. Ничего не понимающая, Джинни попыталась было дать задний ход, но врезалась макушкой в крышку стола. Пространство под столом было увеличено заклинанием, и тут уже сидели МакГонагалл со Снейпом, а между ними, не повреждая ковра, горел зеленый огонь.
- Что здесь творится? – спросила Джинни, когда Оливер влез вслед за ней.
- За вами следили? – резко осведомилась МакГонагалл.
- А? Нет, с какой…
- Ты уверена? – прервал ее Оливер.
- Да. В чем дело?
- Это Альбус, - мрачно пояснил Снейп. – Он нас выслеживает. Хочет до нас добраться.
- Э… профессор Дамблдор… вас выслеживает?
- Я так и сказал, Уизли.
- Но… почему?
- Потому что это правда.
- Нет, в смысле… почему он вас выслеживает?
- Мы стащили его лимонные дольки.
Джинни уставилась на него:
- Что еще за лимонные дольки?
- Вот это, - сказал Оливер, вместе с МакГонагалл и Снейпом показывая ей кульки с желтенькими конфетами, - и есть лимонные дольки.
- И вы стащили их у Дамблдора.
- И теперь он нас убьет, если сможет найти. Но тут он нас не отыщет, нет, сэр, - позлорадствовал Снейп. – Зефиру?
Он сунул ей в лицо прутик с насаженным на него зефиром. МакГонагалл и Оливер тоже держали по одному над зеленым огоньком.
- Мы жарим зефиры, - объяснил Оливер. – Муж моей кузины маггл, это он меня на них подсадил. Старый рецепт: шоколад, крекеры, зефир… вкуснее не бывает.
- Вы готовите еду на костре под столом, пока на вас охотится Дамблдор? – прошипела Джинни, не в состоянии уловить здесь малейшей логики.
- Ну а что еще нам остается? – удивился Оливер.
- Да, не бегать же теперь по коридорам, распевая «Фелиз Навидад», - пояснила МакГонагалл так, словно именно этим они и занимались чуть ли не каждый день.
- Но зачем вы стащили его лимонные дольки? – спросила Джинни, массируя переносицу.
- Просто чтобы мы могли сказать, что совершили Большую кражу лимонных долек, - жизнерадостно ответил Снейп, снова вытягивая зефир над огнем.
- Ну да, это ведь так логично, - устало пробормотала Джинни. Вспомнив свою миссию, она добавила: - профессор Снейп, по дороге к гриффиндорской башне разлито какое-то зелье. Там огромная лужа, и я не знаю, как ее обойти; мы с Гермионой уже три часа мучаемся. Она сейчас пытается все очистить, а меня послала за профессором МакГонагалл, и раз уж вы тоже здесь…
- Не получится, Уизли. Зефиры важнее.
- А… но ведь там весь коридор…
- Это подождет, - прервал ее Снейп.
Джинни потерла лоб. Было очевидно, что эти трое свихнулись: нормальные люди не станут красть конфеты директора, а после жечь под столом костры. Это было совершенно неправильно: двое самых строгих из всех знакомых ей людей сидят по-турецки и жарят зефиры вместе с парнем, который много лет дружит с ее братьями. А учитывая, что дальше по коридору Гарри и Гермиона под мантией-невидимкой в компании Малфоя ждут, пока Джинни выманит из кабинета Снейпа, чтобы попросить его о помощи…
- Мне вдруг стало нехорошо, - сказала Джинни. – Пожалуй… я лучше пойду.
Она повернулась выйти, но дорогу загородил Оливер.
- Я тебя не выпущу, пока не съешь одну лимонную дольку, - когда Джинни в ответ на это приподняла бровь и сложила руки на груди, он добавил: - Тогда ты не сможешь нас выдать. Если съешь дольку, мы будем в одной лодке.
Джинни вздохнула и вытянула руку:
- Давай.
Оливер дал ей конфету, подождал, пока Джинни засунет ее в рот, и только тогда освободил проход. Джинни вылезла из-под стола и бросилась к двери.

* * *

В секретном коридоре Гарри, Гермиона и Драко слегка отступили друг от друга и были теперь закрыты мантией лишь частично. Гарри не отрывал взгляда от карты Мародеров, чтобы знать, если кто-то подойдет близко. Драко с любопытством поглядывал на карту.
- Откуда у тебя это? – наконец спросил он, увидев и услышав достаточно, чтобы понять, что это такое.
- Не твое дело, Малфой.
- Я просто поинтересовался, - разозлился Драко. – Все равно я не смогу тебя сдать, Дамблдор наверняка и без того знает. Да, скорее всего, он тебе ее и дал.
- Что-то я не слышал, чтобы ты возмущался, когда эта карта помогала нам сюда добраться, - парировал Гарри.
- Что случилось с гриффиндорской отвагой? Ты теперь не можешь выйти из спален, не прячась под мантией-невидимкой и не проверив сначала, где все учителя?
- Это называется не быть таким придурком, чтобы попасться.
- Гарри, не говори с ним, а? – попросила Гермиона, опираясь на стену с полузакрытыми глазами. – Он гораздо тише, если на него не обращать внимания.
Гарри фыркнул, все так же не отрываясь от карты:
- Если только так его можно заткнуть… хмм, интересно.
- В чем дело? – Гермиона придвинулась посмотреть.
- Это карта… Оливер открыл дверь, а МакГонагалл и Снейп двинулись вот сюда. Затем туда же подошли Джинни и Оливер, и все они стоят очень близко друг к другу… слишком уж близко.
- Согласно положению дверей и окон, они сидят на столе МакГонагалл, - заметила Гермиона. – Но там просто недостаточно места для всех четверых.
- И зачем им вообще туда садиться? – удивился Гарри.
Гермиона нахмурилась:
- Может быть, там какое-нибудь заклинание? Что-то, увеличивающее пространство?
- Возможно, но получается, это место находится над столом?
- Гм… о, смотри, Джинни уже идет. Она нам все и расскажет.
- Эй, она одна! – негодующе воскликнул Драко. Они и не заметили, как он подошел.
- Уверена, она все объяснит, как только дойдет сюда, - сказала Гермиона.
Они набросили мантию так, чтобы Джинни их увидела, а тот, кто может подойти сзади, нет.
Пару секунд спустя в коридорчик вошла Джинни. На лице ее было кислое выражение, а глаза испуганно бегали по сторонам. С трудом сглотнув и поморщившись еще сильнее, Джинни прокашлялась и заговорила:
- Простите, но я вне игры. Не хочу есть еще лимонные дольки, и, ах да, Снейп занят, он жарит зефиры.
- Чего? – уставился на нее Драко.
- Вы – мои друзья, - продолжила она, глядя на Гарри и Гермиону, - но с меня хватит пикников у костра. Поговорите со Снейпом утром.
Джинни развернулась и ушла.
- У костра? – повторила Гермиона.
- В кабинете МакГонагалл? – Гарри уставился на карту, как будто ожидал, что она предложит разумное объяснение.
- Зефиры… почему они жарят зефиры? – задумалась Гермиона. – Они ведь все чистокровные.
- И что такое лимонная долька? – спросил Драко, зная заранее, что ему не ответят.
- Придется идти самим, - решил Гарри, глядя вслед подруге.
- Это будет слишком подозрительно, после того, как мы посылали туда Джинни.
- Ну и что? – Драко начал выбираться из-под мантии. – Просто зайдем и потребуем ответов.
- Если ты забыл, в последний раз, когда нас поймали гуляющими посреди ночи, то сняли с каждого по пятьдесят баллов и назначили отработку в Запретном лесу.
- Сами виноваты, возились с нелегальным драконом, - самодовольно ответил Драко.
- Только потому, что ты никогда не сделаешь ничего ради друзей… ох, забыла, у тебя ведь их нет…
- Да что в этом понимаешь ты, Грейнджер? Единственные, кто дружит с тобой, это… оу! – Драко согнулся пополам, когда Гарри ткнул его локтем в живот.
- Как же ты меня достал! – рыкнул Гарри.
- А ты меня, думаешь, нет? – парировал Драко.
Гарри начал было отвечать, но замер:
- А знаешь, я понял кое-что. Я всегда буду тебя ненавидеть. Ух, сразу легче стало.
- Чувство взаимно. А ты сомневался?
- Ну да, сам ведь знаешь.
- Нет, не знаю.
- У тебя тоже было видение.
- И с чего ты решил, что из-за этого мы перестанем друг друга ненавидеть? По-моему, возненавидим еще больше. И кстати, эти видения – неправда. Они не могут быть. Они ненастоящие. Меня ведь укусил сырный демон. Наверняка это просто галлюцинация.
- Меня достали уже ваши видения, - сказала Гермиона. – Заткнитесь уже, а? Снейп устраивает пикники в кабинете МакГонагалл, и если это на Джинни так повлияло, то люди, которым до сумасшествия остается один шаг, скажем те, кто сейчас стоит в тайном проходе под мантией-невидимкой вместе со своим худшим врагом, вообще с катушек съедут. Давайте уже пойдем спать, честное слово, неужели вам на сегодня не хватило Сырного духа, квиддичной тренировки и беготни в гостиной?
С этими словами Гермиона вышла из коридорчика.


Глава 30-32

Глава 30. Поединок на шампунях



Всю дорогу до гриффиндорской башни Гарри и Драко были в отвратительном настроении. Нет, они не разговаривали, но Гермиона практически чувствовала, как злость волнами исходит от них… еще хуже стало, когда они вошли в гостиную и обнаружили, что народу там прибавилось, и все жадно смотрят на них, ожидая объяснений или новой пищи для сплетен. Джинни в пределах видимости не наблюдалось, так что они отправились в свою комнату, не обращая внимания на окружающих.
- Мне нужно в душ, - пробурчала Гермиона.
- Ты сегодня уже один принимала, и шести часов не прошло, - напомнил Гарри.
- А еще семнадцать вчера, - проворчал Драко со страдальческим выражением лица. Казалось, будто происшествие с раздутой головой, ночь в больничном крыле, битва едой и купание в ванной старост случились годы назад; сложно было поверить, что Драко и Гермиона скованы цепью лишь три дня.
Гермиона бросила на него сердитый взгляд и снова посмотрела на Гарри.
- Мне нужен еще один, - устало произнесла она. Она вспотела, бегая от Драко на стадионе, и чувствовала себя грязной, плюс, хотя это могло ей лишь казаться, или кто-то из мальчишек не очень тщательно мылся, но Гермионе все чудился прогорклый запах тухлого сыра.
Гарри взглянул на книги, очевидно, решив, что в этом случае можно продолжить исследования, достал волшебную палочку и направил ее на Малфоя, который нахмурился, но ничего не сказал. Гермиона взяла ночную рубашку и свежие полотенца и направилась в ванную.
Гарри начал было читать, но оказалось, что Драко не способен долго молчать, как и сидеть смирно. Он начал задирать Гарри, и вскоре они уже кричали друг на друга.
- За меня хотя бы не делает домашнюю работу грязнокровка – девчонка, к тому же!
- Да тебе просто завидно, ведь твои приятели все не умнее тебя!
Гермиона зарычала: до этого у нее получалось не обращать внимания, но теперь она начала терять терпение. Где-то между криками «У них хотя бы родители волшебники!» и «Да, и близкие родственники, к тому же!» она сделала единственное, что пришло в голову – схватила с полки лишний кусок мыла и кинула поверх душевой занавески в сторону Гарри и Драко.
- Эй! – воскликнул Гарри.
- Какого… - начал было Драко и вдруг расхохотался.
- Гарри, прости, - крикнула Гермиона.
- Что я сделал? – не понял тот.
- Я целилась в Малфоя!
- Не обижайся, но целишься ты фигово.
- Ха-ха-ха-ха… ай!
Судя по звуку, Гарри кинул куском мыла в Драко. Гермиона повернулась посмотреть: сквозь занавеску душа видны были лишь смутные очертания, но судя по всему, мальчишки бросали друг в друга мылом, используя свои квиддичные рефлексы, чтобы поймать его (из-за скользкости мыла это было не так-то легко) и кинуть обратно. Гермиона не понимала, почему они не воспользовались кулаками или волшебными палочками, но боялась, что оба все-таки свихнулись.
Она вздохнула и повернулась смыть шампунь, слишком уставшая и раздраженная, чтобы сейчас их разнимать. Но только она закрыла глаза и сунула голову под душ, как послышался шелест занавески, и что коснулось ее талии.
Гермиона взвизгнула и отпрыгнула в сторону. Рывком повернувшись и открыв глаза, она увидела, как рядом шарит рука Драко. Гермиона шагнула к ней, намереваясь вырвать его пальцы, но тут рука наткнулась на флакон бальзама-ополаскивателя, схватила его и исчезла.
- Эй! А ну верни! – возмутилась Гермиона.
- Ха! Давай, Поттер, покажи, на что способен! – воскликнул Драко, не обращая на нее внимания.
На этот раз ее задела, заставив с визгом отпрыгнуть, рука Гарри; схватив гермионин шампунь, он крикнул:
- Как скажешь, придурок!
Последовала серия ударов и криков вроде: «Ха!» и «Получи!». Гермиона закатила глаза и выглянула из-за занавески: Гарри и Драко устроили дуэль, только вместо шпаг наносили и парировали удары флаконами шампуня и бальзама-ополаскивателя.
- Сдавайся, Малфой! – предложил Гарри, когда они с Драко, отдуваясь и с флаконами наизготовку, отступили на исходные позиции.
- Никогда! – провозгласил Драко и бросился на Гарри, бешено размахивая ополаскивателем.
Тот сделал шаг в сторону, ударив промахнувшегося противника по голове.
- Тебе меня не побить, - предупредил он, - я ведь победил мечом самого василиска.
- Да? Это было пять лет назад, а я только сегодня выбил пару прутьев из метлы Вуда, так что попытаю удачи!
Драко, разбег которого остановила цепь, развернулся и нанес удар, но Гарри его блокировал. Тогда, молниеносно проникнув под гаррину защиту, Драко ткнул его в бок. Битва продолжилась; Гермиона раздраженно отвернулась, но поняла, что не может продолжить мытье без своего ополаскивателя.
Она достала волшебную палочку, которая лежала в наручной кобуре, закрепленной заклинанием на стене душевой кабинки, высунула руку за занавеску и крикнула:
- Ассио бальзам-ополаскиватель!
Когда флакон прилетел ей в руку, послышалось возмущенное: «Нечестно! Ты, стерва!» и звуки беспорядочных ударов другим флаконом. Но не успела Гермиона испытать злорадство, как рука Драко снова, напугав ее до полусмерти, зашарила в душе. Боясь, что в поисках флакона он додумается открыть занавеску, Гермиона несколько раз ударила по руке ополаскивателем и сунула ему в ладонь его собственный дорогой шампунь «Юный чародей».
Гермиона решила, что просто не будет обращать внимания на эту дурацкую битву (в конце концов, за последние дни она видела и принимала участие в достаточном количестве таких вот дурацких битв). Пользуясь в основном правой рукой (так как левую то и дело дергал Драко) и распевая маггловские песни, чтобы не слышать шума снаружи, она домыла волосы и вымылась сама, затем вытерлась и оделась, умудрившись при этом ни разу не упасть (а с бегающим вокруг ванной Драко это было не так то легко). Закончив, она замолчала, чтобы узнать, прекратили ли они драку, услышала возглас: «Умри!», за которым последовало: «Ну когда до вас, темных ослов, дойдет, что меня нельзя убить!», и продолжила петь.
Полчаса и большую часть музыкального альбома спустя Гермиона решила, что не станет сидеть в душе всю ночь, и, прекратив пение, раздвинула занавески.
Она давно могла бы заметить, что Гарри и Драко прекратили обзываться, а их флаконы при ударах издают более гулкий звук, но так как, желая заглушить звуки битвы, Гермиона сама распевала во все горло, открывшееся глазам зрелище ее потрясло. Мальчишки все еще сражались, но похоже было, что в какой-то момент одному из них пришла в голову светлая идея прыснуть в противника шампунем, а тот последовал примеру. Гарри был весь в голубой киселеобразной субстанции, очевидно, «Юном чародее», а Драко оказался с головы до ног измазан гермиониным маггловским шампунем с яблочным запахом. Казалось, всю ванную комнату покрывала голубая и зеленая слизь, скользя по которой и едва умудряясь оставаться на ногах, все еще сражались своими почти пустыми флаконами Драко и Гарри. Молчали же они, чтобы шампунь в рот не попал.
- Вы что натворили? – завопила Гермиона.
Гарри взглянул на нее и потерял равновесие, упав на бок. Драко издал победный возглас и двинулся к нему… но приземлился на спину, когда Гермиона дернула цепь.
- Да что с вами такое? – кричала Гермиона. – Вы что, дети малые? Кто в своем уме станет устраивать поединок на шампунях?!
- Это он начал! – возмутился Гарри.
- Нет, это он начал! – тут же возразил Драко.
- Нет, это…
- Формально, это я начала, - вмешалась Гермиона, - но то была случайность…
- Как же, - садясь, пробурчал Драко.
- И это здесь не при чем! Кто дал вам право тратить прекрасный шампунь на избиение друг друга…
- Мой шампунь! – вскричал Драко, только сейчас поняв, что весь его потратил. – Ты заплатишь за это, Поттер!
Гарри с трудом сел:
- В любое время, Малфой.
- Хватит!!! – завопила Гермиона, размахивая волшебной палочкой. – Прекратите! Вы хоть имеете понятие, как много я знаю проклятий? Вы сейчас же прекратите и пойдете спать, или я превращу вас в раков-отшельников!
Гарри посмотрел на Драко и неохотно вытянул руку с шампунем в сторону. Драко сделал то же; подождав, пока Гарри отпустит флакон, он бросил свой, не желая вдобавок к полученным за последний час синякам – удары шампунем, кулаками Гарри, а также о стены и пол сделали свое дело (да у него и раньше было достаточно синяков), – получить проклятие в спину от сердитой гриффиндорки.
- Эванеско, - произнесла Гермиона. «Слизь» исчезла, остался лишь запах яблок и еще чего-то, очевидно, шампуня Драко. Подавив желание зарычать, Гермиона подошла к раковине, чтобы почистить зубы. Она потянулась за зубной пастой… которой на месте не оказалось. Тяжело вздохнув, она спросила:
- Никто не хочет рассказать, что случилось с моей пастой?
- Э… она… вон там, - пробормотал Гарри. Он поднялся, пересек комнату и поднял что-то с пола, а потом подошел к Гермионе и отдал ей почти пустой тюбик зубной пасты.
- Что же с ней произошло? – устало спросила Гермиона, не в состоянии больше изображать из себя миссис Уизли.
- Э… ну… - Гарри залился краской и потер шею. – Я разоружил Малфоя… а он достал палочку и что-то призвал, но, по-моему, промахнулся…
- Вовсе нет, - буркнул Драко.
- И к нему прилетела зубная паста, но она не очень работала как меч, и он начал выдавливать ее в меня, а я, пока пытался от него убежать, увидел твой лосьон…
Только теперь Гермиона со злостью поняла, что пахло в комнате не яблоками и «Юным чародеем», а яблоками и персиками.
- Мой любимый лосьон? Мой чудесный, очень дорогой персиковый лосьон?
- Я тебе новый куплю, - смиренно произнес Гарри, поднимая с пола большой флакон и ставя его на полку. Судя по звуку, флакон был пустым.
- А потом что случилось? – сузила глаза Гермиона.
- Ну… я прыснул в него лосьоном и побежал к раковине… поскользнулся на лосьоне и зубной пасте и случайно пнул его шампунь обратно к нему… он брызнул в меня им, а я ответил твоим шампунем…
Гарри умолк, краснея и сжимаясь перед ней как первокурсник перед сердитой МакГонагалл. Гермиона вздохнула, почистила зубы заклинанием и направилась в комнату:
- Я иду спать.
Но только она туда вошла, как в дверь постучали.
- Ге… Гермиона? – послышался обеспокоенный голос Невилла. – Ты там?
- Что такое, Невилл? – Гермиона поспешила к двери, волоча Драко за собой.
- Да просто… интересуюсь, все ли в порядке. Я слышал крики…
- И кто тут распевал песни «Backstreet Boys»? – возник другой голос, несомненно, принадлежащий Лаванде Браун. Гермиона замерла.
- Сколько там человек, Невилл? – осторожно спросила она, медленно отходя назад.
- Ну… несколько…
- Тридцать два! – услужливо крикнул Денис Криви.
- Тридцать два?! – недоверчиво повторила Гермиона.
- Вы, знаешь ли, неслабо пошумели, - сказал Джордж. – Вас из комнаты Рона было слышно.
- О чем ты говоришь? – удивился Дин Томас. – Вы стояли тут с прижатыми к двери ушами, когда мы с Шеймусом… ай!
- Это Гарри вопил: «я бессмертен, подавись бульоном»? – спросил Колин Криви.
- Лосьоном, - машинально поправил Драко.
- Почему тут пахнет персиками и яблоками? – поинтересовалась Парвати Патил.
- Из-за чего вы дрались? – захотел знать Джек Слоупер.
- Эй, а что произошло с тем сырным монстром? – спросил Шеймус Финниган.
- Можно мне войти? – послышался голос Джинни. Очевидно, она оправилась от того, что случилось с ней в кабинете МакГонагалл, и, похоже, ей было весело. – Вот это я должна услышать.
- О, замолчи, Джинни, если не хочешь еще одного пикника со Снейпом! – разозлилась Гермиона.
Все замолчали. Гермиона могла только предполагать, но была уверена, что все сейчас вопросительно смотрят на Джинни.
- Спасибо, Гермиона, - наконец, произнесла та, вздохнув. – Спасибо тебе большое.
- Пикник со Снейпом? – повторил Фред.
- Знаете, я сейчас пойду и придумаю хорошее объяснение… скорее всего, оно будет основано на том, что Гермиона бредит.
- Я не брежу! Вот за это ты получишь на Рождество лимонные дольки!
- А что такое лимонные дольки? – спросил Невилл, как и многие чистокровные волшебники, незнакомый с маггловскими сладостями.
- Спокойной ночи, Гермиона, - крикнула Джинни. – Спокойной ночи, Гарри.
- Спокойной ночи, - угрюмо ответили оба.
- Ты не можешь уйти, Джин, ведь ты наш билет внутрь! – воскликнула одна из сокурсниц Джинни.
- Остановите ее! – приказал Фред.
- Назад! Или наложу на всех Летучемышиный сглаз!
- Осторожно, ребят, кажется, она это серьезно, - встревожено произнес Джордж.
- Еще как серьезно!
- Но ведь только она знает пароль! Как же мы войдем? – заныла Лаванда.
- Никто сюда не войдет! – завопила Гермиона. – Я иду спать!
- Эй, а это правда, что вы с Малфоем спите в одной кровати?
- Нет!!! – дружно крикнули Гарри, Гермиона и Драко.
- Отлично, мы подождем. Рано или поздно Гарри придется выйти, - решила Лаванда. Гарри нервно отодвинулся от двери.
- Вообще-то, Гарри больше не спит в нашей комнате, - сказал Шеймус.
Снова тишина. Гермиона закрыла лицо ладонями, и конечно же, через несколько секунд все одновременно заговорили, выдвигая различные предположения:
- Так значит, он спит там?
- С Гермионой и Малфоем?
- Я знала, что Гермиона бросила Рона из-за него!
- Молодец, девочка, не знал, что в тебе это есть!
- Гермиона, давай, Гермиона, давай, Гермиона, давай!
- Раскошеливайся, Эндрю, с тебя пять галлеонов!
- Я сейчас наложу заглушающее заклинание!
- Да-а? – тон Фреда был таким намекающим, что Гермионе захотелось Фреда придушить. – С чего бы это?
Послышался дружный смех.
- О-о, ну все! – взревела Гермиона.
Она сняла заклинание с двери и распахнула ее, поднимая палочку… а все стоящие за дверью бросились обратно в гостиную. Гарри кинулся к Гермионе и попытался отвести ее волшебную палочку в сторону, давая гриффиндорцам время сбежать и закрыть за собой стену.
- Кстати, Гермиона, - крикнул Фред в сужающийся проход, - симпатичная ночнушка!
Гарри отпустил Гермиону, а она с яростью посмотрела на стену, но все же развернулась и прошла в спальню, плюхнувшись на кровать. Гарри вымученно ей улыбнулся, закрыл и запер дверь, наложив на нее несколько заклинаний.
- Помнишь, ты говорила прошлым летом, - произнес он, ложась в постель рядом с ней, - что хочешь написать книгу? Может даже несколько, о наших приключениях в Хогвартсе и о том, как мы победили Волдеморта?
- Да, и что?
- Если когда-нибудь ты ее все же напишешь, - снимая очки, продолжил он, - вот об этом не упоминай.

Глава 31. Свалим все на войну шуток!



Какое-то время казалось, что Гарри и Драко отложили свои распри до завтра. Оба молчали, и Гермиона вскоре заснула. Когда ее дыхание стало тихим и размеренным, Драко пробормотал:
- А все из-за тебя.
- Из-за меня?! – недоверчиво прошипел Гарри.
Драко, чьей целью было грубо разбудить Гермиону (после всего, через что он по ее милости прошел, она не заслуживала мирного отдыха), бросил сердитый взгляд на Гарри:
- Да, из-за тебя. Это ты все начал…
- Я? Я?! Да это ты начал! – возмутился Гарри. – Ты, со своей шуточкой над Гермионой!
- Я бы ее не начинал, если бы ты не был таким говнюком.
- Кто, я? Ха! Это ты всегда был говнюком, спроси кого угодно.
- Какой остроумный ответ, Поттер. У кого подслушал, у Крысли? Или у тупицы Хагрида?
- Заткнись, - огрызнулся Гарри, понимая, что Драко специально пытается его разозлить, но все равно теряя терпение.
- Так заставь меня, Поттер, давай!
- А давай ты просто спрыгнешь с Астрономической башни?
- А давай я столкну с нее тебя?
- Можешь попытаться.
- И снова, какая остроумная реплика! Я не слышал ее с тех пор, как поступил в Хогвартс.
- Почему ты вообще еще в Хогвартсе? Почему не мог просто сесть в тюрьму или сдохнуть вместе со своим папашей и остальными Пожирателями…
- А почему ты не мог сдохнуть вместе со своими родителями, как и должен был?
Оба только что переступили грань. Они потянулись за палочками одновременно, но Драко успел первым. Он начал произносить заклинание, и в отчаянной попытке его остановить Гарри дернул цепь. Драко грохнулся с кровати, выронив палочку, и потянулся к ноге Гарри, чтобы сдернуть его на пол, прежде чем гриффиндорец доберется до своей. Тот пнул его, Драко вскрикнул, но все равно сумел схватить Гарри за ногу и дернуть. Гарри упал спиной на кровать, пинком посылая Драко в противоположном направлении… Гермиона проснулась от того, что на живот ее болезненно приземлился Гарри, а руку чуть не вывернуло из сустава рывком цепи.
Гриффиндорка распахнула глаза, полыхнувшие злостью, и Гарри поспешно с нее сполз. Она достала палочку и наслала на обоих заклинание замедления, болезненное, но не парализующее. Мальчики почти тут же от него оправились и с опасением посмотрели на нее.
- Я не собираюсь терпеть это каждую ночь, - рыкнула Гермиона. – У меня сегодня был тяжелый день, и вы двое не станете мне его усложнять!
Она направилась к ним, и парни попятились; особенно встревожен был Драко, на стороне которого не было семи лет дружбы, а также возможности отодвинуться от Гермионы дальше, чем на полтора метра; но, отойдя от кроватей, она остановилась и развернулась, подняв волшебную палочку. Взмах, заклинание левитации, и одна из тумбочек, стоявших между кроватями, поднялась в воздух, приземлившись с другой стороны своей кровати. Та же судьба постигла вторую тумбочку, а еще один взмах палочки заставил две кровати с грохотом столкнуться. Наконец Гермиона произнесла еще одно заклинание, которое, как Гарри знал, не позволит никому другому, кроме гриффиндорки, отменить сделанное.
- Вот так, - довольно сказала она и снова забралась в кровать.
- Зачем ты это сделала?! – в ужасе спросил Гарри.
- Чтобы меня больше не сдергивали на пол, - сонно ответила она, зарываясь под одеяло.
- Я не собираюсь спать рядом с ним, - возмутился Гарри.
- Я тоже, - Драко скрестил руки на груди, насколько это позволяла цепь.
- Как хотите, - Гермиона закрыла глаза.
Гарри бросил на нее сердитый взгляд, но затем просветлел и посмотрел на Драко.
- Ну раз уж ты не собираешься там спать, что тогда мешает мне? – он ухмыльнулся в ответ на яростную гримасу Драко. – Спокойной ночи, Малфой!
Гарри плюхнулся в кровать, а Гермиона приоткрыла глаза и ухмыльнулась Драко. Оба почти тут же заснули.
Драко поиграл с мыслью не давать им спать всю ночь, но не хотел снова провести ее парализованным и на полу – в конце концов, и Гарри, и Гермиона в заклятиях были сильнее его. Можно было бы наслать на них что-нибудь отвратительное, но тогда они проснутся и будут в ярости (а следовательно, еще опаснее)… конечно, можно было бы просто их убить, но это будет иметь для него серьезные последствия – волшебный мир почему-то хотел видеть их живыми.
Драко вздохнул. Он ужасно устал, а выспаться теперь можно было разве что стоя. Ему известны были несколько заклинаний, способных разъединить кровати, но это наверняка разбудит Гарри и Гермиону, а Драко сейчас было не до споров и драк. Итак, любое из разрешений этой ситуации приводило к болезненному для него результату, и Драко слишком устал, чтобы думать дальше.
Дуясь, он присел на кровать. Ну конечно они нашли способ вытолкнуть его из его же кровати… но почему он должен это позволять? Почему он должен бодрствовать всю ночь? Это все равно его кровать, а Гарри и Гермиона, насколько он видел, особенно не ворочаются. Он может лечь на краешке… а утром гриффиндорцы увидят его и поймут, что ничего они не победили, и Драко не собирается отдавать им свою постель, и раздвинут кровати обратно.
- Так им, - прошептал Драко и лег, как можно дальше от Гарри и Гермионы.

* * *

Следующим утром Джинни спускалась по лестнице в гостиную совершенно не выспавшаяся, с темными кругами под глазами. Ее целую вечность донимали расспросами, и отстали лишь, когда она применила Летучемышиный сглаз на Лаванде. Но ее однокурсницы все равно продолжали болтать, и когда Джинни наконец заснула, сны ее были не самыми приятными. Она снова оказалась под столом МакГонагалл вместе с троицей учителей, которые девчачьими голосами сплетничали о Гарри, Роне, Гермионе и Драко. Еще они то и дело предлагали Джинни лимонные дольки и где-то после пятого отказа стали забрасывать ее большими кульками этих самых долек. Когда же Джинни оказалась почти полностью погребена под ними, стол над ней взорвался, и взору ее предстал разъяренный Дамблдор, вопящий, что она стащила его сладости. Джинни с визгом проснулась, прокляла само существование Гарри и Гермионы и снова заснула, только чтобы вновь увидеть Снейпа. На этот раз он вручил ей рождественский свитер, такой же, как был на нем самом, и сказал, что она должна помочь ему отрубить руку Драко, иначе ее исключат из школы и осудят носить этот свитер до конца своих дней.
Что и говорить, после этого она заснуть уже не пыталась.
Джинни чувствовала себя совершенно разбитой, но хотя бы смогла уделить немного времени подготовке к контрольным. Ее немного беспокоило, что в последние несколько недель она почти забросила учебу, но все же Джинни была уверена: контрольные работы она напишет. Куда сильнее ее волновала ситуация с лимонными дольками – ведь не мог же Дамблдор на самом деле охотиться на МакГонагалл, Вуда и Снейпа, правда? Нет, конечно же нет. Он бы их уже давно поймал… так?
Джинни решила не думать об этом и направилась в комнату Гермионы, чтобы отсидеться там все время до завтрака, а потом проскользнуть на кухню. С последней квиддичной тренировки вокруг витало множество слухов о Гермионе и Снейпе… и тридцать один гриффиндорец, знающий, что Джинни была на «пикнике» со Снейпом, никак не улучшали для нее ситуацию.
Когда Джинни уже почти спустилась, утреннюю тишину самурайским мечом пронзил вопль ужаса, так что гриффиндорка чуть не покатилась по ступенькам от испуга. Она тут же узнала голос Малфоя. Затем к нему добавился другой, более низкий крик – Гарри, в этом Джинни была уверена. Что бы у них там не случилось, это должно быть серьезно: оба явно были в панике.
Вокруг с удивленными возгласами просыпались гриффиндорцы – вопли тех двоих были слышны всей башне, да наверняка и половине седьмого этажа. Джинни поймала равновесие и бросилась в комнату Гермионы, молясь, чтобы с ее друзьями было все в порядке.

* * *

Драко проснулся внезапно и не сразу понял, где находится. Заметив что-то краем глаза, он повернулся… и увидел Гермиону, сидящую на коленях рядом с ним.
- Ну наконец-то, - ее улыбка вызывала какие-то неприличные мысли. – Я целую вечность ждала, пока ты проснешься.
- Почему ты просто не покричала или типа того? – спросил он, с тревогой смотря на нее.
- Ты такой хорошенький, когда спишь, - она снова улыбнулась.
Драко нервно сглотнул, пытаясь понять, пытается ли она его разыграть, или на нее наложили какое-нибудь заклятие… и отчаянно надеясь, что это просто галлюцинации.
- А где Поттер? – выпалил он, зная, что, если ему это все же не мерещится, Гарри сейчас должен быть вне себя.
- Я попросила его уйти.
- Что… зачем? – Драко почувствовал всплеск паники.
- Чтобы остаться с тобой наедине, - она провела пальцем по его подбородку и шее.
- Зачем? – пискнул Драко. Все инстинкты кричали ему: беги! но он не мог пошевелиться.
- Я хотела рассказать тебе секрет, - она понизила голос до шепота. Ее палец двигался уже по его груди, очень медленно и едва касаясь.
- Какой? – выдавил из себя Драко.
«Беги! Беги-беги-беги!» - кричал его мозг.
Гермиона наклонилась очень близко, чтобы прошептать ему на ухо, касаясь губами:
- Ты был прав. Я могу снять цепь.
- Ч-чт… ты… как… правда? – мозг Драко был не в состоянии обработать эту информацию.
- Просто не хочу, - продолжила она.
- Тебе нравятся цепи, да? – подначил он и тут же мысленно пнул себя: не самый подходящий комментарий в данный момент. Она же к нему клеится! Да что здесь вообще происходит?
Гермиона хихикнула:
- Да… и ты тоже.
- Я?
Она села прямо, глядя на него, эта ситуация явно ее забавляла.
- У тебя сейчас такое лицо! Изумленное и напуганное… - в ее глазах появился озорной огонек. – Но не волнуйся, я помогу тебе расслабиться.
«Беги, придурок!» - кричал его мозг, но Драко по-прежнему не мог сдвинуться с места. Команда бежать чередовалась с повторяющейся фразой: «Грейнджер меня соблазняет, Грейнджер меня соблазняет».
Гермиона потянулась к нему, закрыв глаза и приоткрыв губы. В голове Драко ужас боролся с волнением и предвкушением… он хотел этого, но ведь он ненавидит ее, да, ненавидит, ненавидит…
- Нет!!!
Драко дернулся и распахнул глаза. Гермионы перед ним не было.
«Сон, - счастливо подумал Драко, с облегчением опуская веки. – Это был всего лишь сон. Грейнджер не пыталась меня поцеловать. И я с ней не скован. Я лежу в своей постели, а войны шуток вообще не было. Я сейчас у себя в спальне… и со мной кто-то еще, а значит, мы вчера хорошо провели время…»
Драко пошевелился, у него под боком кто-то лежал, и, судя по всему, они вчера перебрали: голова болела, а на теле, похоже, было несколько синяков. Странно, он очень редко напивался так, чтобы совсем ничего не помнить о предыдущем вечере, но это единственное объяснение…
- Гермиона, не ворочайся, - произнес определенно мужской голос.
Голос Гарри Поттера.
Драко открыл глаза и посмотрел, рядом с кем лежит. Очевидно, война шуток происходила на самом деле. И он действительно был прикован к Грейнджер. Его голова и тело болели по многим причинам, например, от того, что Гермиона стукнула его метлой Оливера, а Гарри молотил флаконом из-под шампуня.
Но что еще более важно, прижавшись к нему, сейчас спал Гарри.
- А-А-А!!!
Гарри, вздрогнув, проснулся. Он лежал головой не на животе лучшей подруги… а на груди худшего врага:
- А-А-А!!!
- Что случилось? В чем дело? – Гермиона, проснувшись, схватила свою и Гарри волшебные палочки и направила их в сторону мальчиков, не обративших на нее никакого внимания. Гарри и Драко оба сидели и вопили друг другу в лицо, но почему, Гермиона понять не могла.
Гарри, все еще крича, спрыгнул с кровати и бросился в ванную. Вопль ужаса сменили звуки тошноты.
- Гарри! – Гермиона кинулась было за ним, но далеко не убежала. Она подергала за цепь, однако Драко не двинулся с места, все еще вопя от ужаса. – Гарри! Что с тобой?
Входная дверь распахнулась, и в комнату ворвалась испуганная Джинни.
- Что случилось? – выдохнула она.
- Помоги Гарри! – Гермиона кинула Джинни его палочку и указала в сторону ванной. Джинни кивнула и бросилась туда… оставив дверь открытой.
- Гермиона! Что здесь…
Гермиона повернулась – прибыли близнецы Уизли, а за ними по пятам большинство обитателей гриффиндорской башни. Гермиона открыла рот – и закрыла, сама не имея понятия, что происходит.
- В чем дело? – сквозь толпу протолкнулся взволнованный Рон.
- Рон! – облегченно воскликнула Гермиона. – Гарри… Малфой… они начали кричать! Я не знаю…
- Где Гарри?
- В ванной, кажется его…
Из ванной комнаты выскочила позеленевшая Джинни:
- Гермиона, я тебя люблю, но не могу больше смотреть, как Гарри тошнит. Это отвратительно.
- Что с ним такое? – Гермиона еще больше повысила голос, чтобы перекричать вопли Драко.
- Если он перестанет блевать, я спрошу, - раздраженно ответила Джинни.
- С дороги, - Рон протиснулся мимо нее в ванную.
Гермиона как можно незаметнее взяла в руку цепь и дернула, но Драко ни двинулся с места, ни заткнулся.
- Силенцио! – рявкнула она, и он продолжил кричать уже беззвучно.
Гермиона облегченно вздохнула, хотя теперь на смену воплям пришли звуки рвоты и бормотание Рона. Прежде чем она смогла решить, хорошо это или плохо, Парвати Патил, выглядывавшая из-за спин близнецов, решила ухудшить положение:
- Так это правда! Ты спишь в кровати с Малфоем!
Гермиона развернулась к ней, сверкая глазами:
- Вон. Отсюда!
- Давайте, давайте, ребята, - Джордж повернулся, чтобы разогнать тех, кого она не напугала. – Тут не на что смотреть.
- Ты как? – Фред шагнул к Гермионе.
- Если бы жизнь не была такой странной, мне бы стало гораздо лучше, - пробормотала та. Она снова безуспешно дернула цепь и повернулась к Фреду: - И вообще, что с вами вчера такое было? Что-то про поющего Снейпа?
Фред помрачнел:
- Уж ты-то должна понимать, что не стоит шутить с нами, а потом изображать из себя саму невинность.
Гермиона вскинула руки:
- Ладно. Можете мне не верить. Ведь то, что я послала Снейпа вам спеть, гораздо логичней.
- Это война шуток, - отрубил Фред. – Мы – лучшие шутники, которых когда-либо видел Хогвартс, и после твоего вчерашнего фокуса мы на стороне Рона.
- Война шуток, - с горечью произнесла Гермиона. – Вы что, совсем дети малые?
- Сказала та, что привязала Малфоя к квиддичным воротам, одетого в женское белье, - отпарировал Джордж.
- Знаете, что? – рассердилась она. – Мне плевать, что вы сделаете. Я вас уничтожу, вы слышали? Не знаю, в чем я, по-вашему, виновата, но если б я решила вас разыграть, вы бы знали это, и я бы не уверяла вас в обратном. Первый ход сделаете вы, и уж тогда берегитесь возмездия.
- Ты получишь свое, - пообещал Фред, и они с Джорджем ушли.
Гермиона вздохнула, понимая, что сама же усложнила себе жизнь, но не особенно о том заботясь. Она устала, ей приходилось терпеть присутствие самого нелюбимого однокурсника, а каждая минута каждого дня, казалось, приносила все новые проблемы. Какая-то часть ее надеялась, что близнецы действительно что-нибудь сделают… чтобы выместить на них злость.
Джинни вздохнула, переводя взгляд с Гермионы на дверь и обратно:
- Слушай… мне о-очень не хочется идти туда, но если тебе нужно, чтобы я с ними поговорила…
- Джин, не страдай ты больше из-за меня, - устало ответила Гермиона. – Хочешь, иди, но я не стану просить тебя чем-то еще из-за меня жертвовать.
- А для чего же нужны друзья? – улыбнулась Джинни. Она вышла, оставляя Гермиону наедине с беззвучно кричащим Драко.

* * *

- Ну же, Гарри, - воскликнул Рон, – что, ты съел живого гиппогрифа?
- Хуже, - прохрипел тот.
- Что случилось?
- Не хочу об этом говорить.
- Гарри… - медленно начал Рон.
- Рон, послушай, - перебил его Гарри, - хватит злиться. Ты нам нужен. Мы твои друзья. Гермиона твоя девушка. Мы через многое прошли вместе. Я не справляюсь один, как бы ни старался. Малфой меня с ума сводит, да еще и все эти новые проблемы… Нас не должно быть только двое, мы всегда были втроем – Гарри, Рон и Гермиона.
Рон нахмурился:
- Ты прав, Гарри. Были. Но вы с Гермионой храните от меня тайны – тайны, о которых известно даже Джинни и близнецам! А еще она мне изменяет…
- Ты ведь знаешь, что это не так, - горячо возразил Гарри, встав и направившись к раковине почистить зубы.
- Да ну? Тогда что насчет этих засосов, а? Она была со Снейпом наедине, занимаясь черт знает чем…
- Разыгрыванием Малфоя, вот чем!
- Да? Но они со Снейпом теперь подозрительно накоротке, тебе не кажется? А вчера Снейп с Вудом практически напали на меня и близнецов. Вуд, ее бывший, о котором она так и не удосужилась мне рассказать. О котором не удосужился рассказать ты. А уж про Снейпа я даже не знаю, откуда начать…
- Рон, вся школа сошла с ума! С чего Снейпу и Вуду хоть чем-то заниматься вместе? Тем более, если оба без ума от Гермионы? Снейп поет и танцует. Он носит цветное! А Вуд всегда оставался чокнутым: я тебе рассказывал, что он был за капитан! Если ты бросишь тупить и разуешь глаза…
Рон напрягся, и Гарри поморщился, понимая, что сказал не то.
- Я не имел это в виду, - поспешно добавил он.
- Да?
- Да, я…
- Живи счастливо со своей Гермионой, - рявкнул Рон. – Может, Снейп сделает тебя шафером.
С этими словами он вышел из ванной.

* * *

Гермиона сидела на краю постели, гадая, что же происходит сейчас в ванной. Похоже, Гарри и Рон о чем-то говорили; она не могла различить слов, но надеялась, что все налаживается.
Через несколько секунд появился Рон, и ее сердце упало в пятки: судя по внешнему виду, он был готов кого-нибудь убить.
- Рон… - начала она, и он повернулся.
Гермиона поспешно соскочила с кровати… и тут же пожалела, потому что так она казалась виноватой. Рон сердито посмотрел на нее, перевел взгляд на все еще беззвучно вопящего Драко. Затем он мельком оглядел комнату, будто что-то разыскивая. Гермиона вдруг поняла, как это все смотрится: Рон не даст ей времени объяснить, почему кровати сдвинуты вместе, а по отсутствию подушек и одеял где-либо еще становилось понятно, что они спали все вместе… а это, как она понимала, выглядело очень и очень странно.
- Значит… ты теперь спишь и с Малфоем вместе, да? – нарочито спокойным голосом произнес он. – И с Гарри, конечно? Ну что ж…
- Рон! Ты прекрасно знаешь, что я ничем таким не занималась ни с Гарри, ни с Малфоем, ни со Снейпом…
- Нет, - резко ответил Рон, - не знаю. Раньше я бы ничего такого не подумал, но сейчас едва удивлен.
- Ты ведь меня знаешь. Ты знаешь, что я не такая.
- Может, я бы знал тебя, если б не твоя вечная ложь, - огрызнулся Рон и направился к выходу.
Гермиона попыталась было последовать за ним, но Драко не двигался с места.
И тут ее наполнила злость. Рон был ей нужен, она никогда не намеревалась причинять ему боль и не считала себя в чем-либо виноватой. Оливер и татуировка его не касались, и он не имел никакого права делать поспешные выводы. Снейп… ну, это же нельзя назвать изменой. Это было нужно, чтобы одурачить Малфоя. Но Рон не слушал. Ему было все равно, что она в нем нуждалась, что ей приходилось справляться с Драко и помогать Гарри с этими видениями… кстати, когда вообще Рон думал о том, что нужно ей?
- Отлично, Рон! – крикнула она. – Давай! Уходи!
Рон остановился, взявшись за ручку двери, и Гермиона продолжала орать:
- Не знаю, что я должна, по-твоему, сделать, но если не позволяешь мне объяснить, вперед! Засунь свою голову обратно в задницу и гуляй дальше, негодяй бесчувственный!
Рон развернулся, его лицо и уши побагровели.
- Мы тебя сделаем, - выплюнул он. – Я и близнецы.
- Так вперед, придурок! – крикнула она.
Рон приподнял руку с согнутыми пальцами, как будто мечтал придушить Гермиону. Он с трудом повернулся и выскочил наружу, так хлопнув дверью, что, казалось, завибрировала вся комната.
Гермиона сделала глубокий, дрожащий вдох… повернулась и призвала свой сундук. Она начала рыться в одежде трясущимися от ярости руками.
- М-да, это был не лучший исход, - пробормотал появившийся из ванной Гарри.
- Он у меня еще попляшет, - зарычала Гермиона. – Знаешь, что, Гарри? Рон меня не заслуживает. Он – одержимый квиддичем, эгоистичный идиот…
- Пожалуйста, только не продолжай, - попросил Гарри и вдруг нахмурился. – Эй! А что плохого в одержимости квиддичем?
- Он мне за все заплатит, - продолжала Гермиона, не обращая на него внимания. – Бросить меня – и тебя! – одних разбираться с Малфоем и видениями… Мы ведь должны быть командой, но нет, ему плевать на друзей!
- Гермиона…
- Но он меня не стоит, Гарри! Я умная, симпатичная, прекрасно знакома как с магическим, так и с маггловским миром, говорю на трех языках, знаю больше заклинаний, чем половина учеников школы, вместе взятых, и я умею пользоваться телефоном!
- Ты ведь понимаешь, что сейчас несешь ерунду, да?
Но Гермиона его не замечала.
- Я ему отплачу… нет, мы отплатим… я и Гарри размажем Рона… - она выбрала дневной наряд и начала переодеваться; Гарри отвернулся. – Кому лучше знать, чем его достать, как не лучшим друзьям? А еще у нас будет Джинни, она даже меня иногда пугает… и мы свалим все на войну шуток!
Услышав злодейский смех Гермионы, Гарри снова удивился тому, какой странной недавно стала его жизнь. Конечно, он никогда не был обычным школьником, но привык хотя бы к некоторой предсказуемости: Снейп был заразой, Гермиона – в здравом уме, Рон – другом, Оливер – просто учителем, обожающим квиддич, близнецы не обижались на пение, а Драко сидел в своей гостиной, выползая лишь для пары пустых угроз и нелепых оскорблений. Но с началом войны шуток все изменилось.
«Как эта традиция вообще выжила? – задумался он, устало присаживаясь на край постели. – Неужели родители и Сириус тоже через такое прошли? Для них это тоже был сумасшедший дом?»
Он очнулся от своих мыслей, когда перед ним появилась Гермиона, одетая, но с волосами, торчащими во все стороны, и нездоровым энтузиазмом, написанном на лице:
- Быстрее, Гарри! Одевайся! Нам нужно продумать войну!
Губы Гарри сами собой расплылись в улыбке. Гермиона казалась такой… такой очаровательной и забавной, как маленький щенок, который решил, что сможет захватить мир.
- Точно, - ответил он. – Ты успокаивай Малфоя, я одеваюсь, и будем думать над войной по пути к Снейпу. Нам нужна его помощь.
- Чудесная идея! В войне шуток он будет незаменим!
Гарри смотрел, как Гермиона выбивает из Драко панику, буквально. Вот, значит, как – ему теперь предназначено воевать с Гермионой против лучшего друга и близнецов Уизли и надеяться на помощь Снейпа с видениями и, быть может, с парочкой шуток. Это должно было его расстроить, но Гарри почему-то было все равно.
- Еще один обычный, полный веселья день, - пробормотал он и пошел одеваться.


Глава 32. Малфой грохнулся



Оливер проснулся с раздирающей головной болью, налитыми свинцом конечностями и пересохшим горлом. Он немедленно распознал похмелье, и тяжелое, но не имел ни малейшего понятия, откуда оно взялось. Затем наступило осознание, что он лежит не в своей постели, а на полу.
«Снова вырубился, не дойдя до кровати, - отсутствующе подумал он. – Нужно перестать напиваться с командой после каждой победы…»
Оливер собрался уже снова заснуть, но тут вспомнил, что он уже несколько месяцев как не в команде, а преподает в Хогвартсе. Он резко сел и ударился обо что-то макушкой:
- О!
Оглядевшись, он осознал, что находится под столом, причем не под своим. Большее сказать было сложно, разве что одежды Оливера оказались мятыми и в красноватых пятнах и потеках. Встревожившись, он выбрался из-под стола и огляделся в поисках признаков жизни.
Он оказался один… причем в кабинете МакГонагалл. Еще бы знать, почему. Оливер попытался вспомнить события предыдущего дня, но кроме нескольких сцен на квиддичном стадионе с Гермионой и слизеринцами ничего на ум не приходило… так почему же он уснул под столом МакГонагалл?
Вздохнув, Оливер направился к двери, надеясь узнать это у гриффиндорского декана.

* * *

- Ну правда же, - настаивала Джинни, - Снейп, МакГонагалл и Оливер не стали бы так вести себя из-за Гермионы! И вообще, они вчера были какие-то странные. Представляете, что они сделали со мной?
Фред и Джордж мрачно смотрели на нее в ответ, скрестив руки на груди. Джинни вздохнула, понимая, что ничего не добьется, но все равно отказываясь сдаваться. С ее братьями стоило считаться: они были умны и обладали специфическим взглядом на мир. Если их не остановить, война шуток будет переименована в войну Уизли и Грейнджер, а всех обитателей замка придется эвакуировать.
Джинни открыла было рот, надеясь их образумить (вдруг у Гарри с Роном ничего не выйдет), но тут в комнату ворвался сам Рон, и ее охватило отчаяние: он был готов кого-нибудь убить. Рон бросил на нее тот же взгляд, что и близнецы:
- Выметайся.
Сердито посмотрев на него, Джинни вышла, но на лестнице остановилась. Нельзя так просто отступить: если Фред, Джордж и Рон не прислушаются к голосу разума, и быстро, Джинни, Гарри и Гермионе придет конец. Она развернулась, однако дверь была уже закрыта.
Джинни потянулась к ручке двери, но не смогла до нее дотронуться – дверь окружал невидимый барьер. Заклятие недосягаемости.
Джинни знала способ временно ослабить заклинание, но это было непросто: если она не откроет дверь и войдет до того, как заклятие возобновится, ее отбросит назад, и, вполне возможно, она скатится вниз по лестнице, что приведет к серьезным травмам. Приготовившись рвануть ручку двери и забежать внутрь, Джинни произнесла контрзаклятие.
- … время позвать специалиста, - послышался голос одного из близнецов.
- Кого это? – спросил Рон, и Джинни замерла, понимая, что услышать это важнее, чем умиротворить их. Она опустила руку и затаила дыхание.
- Пивза, - хором произнесли близнецы, Джинни мысленно видела их озорные ухмылки.
Заклинание возобновилось, но Джинни было не до того. Пивз своими шалостями способен разогнать целый город. Если уж близнецы и Рон решили привлечь к войне его, то в ближайшее время прислушиваться к голосу разума они не собираются, следовательно, это придется сделать Гарри и Гермионе. Джинни развернулась и бросилась вниз по лестнице.

* * *

Драко очень нескоро перестал кричать, но придя в себя, он тут же был готов идти к Снейпу. Его до смерти перепугал сон (особенно в сочетании с тем, что произошло на квиддичном поле), и пробуждение в объятиях Гарри оказалось последней соломинкой. К черту возможную пользу видений и снов, они должны исчезнуть.
Ранний подъем оказался кстати – у них осталась куча времени, чтобы увидеться со Снейпом до завтрака. Взглянув на Карту Мародеров и удостоверившись, что Снейп уже в своем кабинете, они вышли из башни, игнорируя все вопросы ранее разбуженных их криками гриффиндорцев. Гарри, Гермиона и Драко решительно направились в подземелья, парни с твердым намерением узнать у Снейпа, как избавиться от видений, Гермиона с твердым намерением завербовать его. Спустя несколько минут они постучали в дверь кабинета и услышали разрешение войти.
Первой зашла Гермиона, следом за ней – Гарри и Драко, которые, впрочем, при виде Снейпа сделали шаг назад. Под мантией у него был надет ярко-оранжевый свитер, но, к счастью, мантия была застегнута, и виднелся лишь воротник, что делало Снейпа более похожим на себя самого. Что выглядело более странно, так это его волосы, завязанные сзади, и было не понять, грязные они или нет. В результате его лицо было более открыто и казалось гораздо моложе, примерно как у Сириуса, когда тот бывал в счастливом настроении.
- А, привет! – радостно поздоровался он, и трое студентов содрогнулись, потому что к радостному Снейпу нельзя привыкнуть. – Чем могу быть полезен?
- Нам нужна ваша помощь, - сказала Гермиона и разрыдалась.
Гарри и Снейп уставились на нее, а Драко с отвращением постарался отодвинуться подальше.
- Что случилось? – спросил Гарри, нерешительно подойдя к ней и не зная, как лучше ее успокоить.
- Рон меня ненавидит, - всхлипнула она. – Близнецы собираются замучить меня до смерти! Я прикована к Малфою! Этого что, недостаточно?!
Гермиона собиралась сказать что-то еще, но рыдания одержали верх. Гарри неловко ее обнял.
- Ну, Гермиона, все будет хорошо, - успокаивающе произнес он, попытался погладить ее по голове, но запутался в волосах – она забыла их сегодня расчесать. Гарри решил просто похлопать ее по спине.
- Нет, - всхлип, - не будет! Почему Малфой выбрал, - всхлип, - меня? Он должен ненавидеть тебя! Тебя или Рона! Почему меня?!
- Потому что он козел, - Гарри попытался убить взглядом Драко, который молча передразнивал Гермиону у нее за спиной.
- Он должен быть козлом с тобой! – взвизгнула она, ударив Гарри в грудь кулаком так, что он поморщился.
- Ну-у… шутка бы не сработала, если б это был я, - Гарри пытался придумать, что утешительного можно ей сказать.
- И он предубежден, потому что ты магглорожденная, - вставил Снейп.
- Это не моя вина! – крикнула она. – И в Хогвартсе полно других магглорожденных! Почему нельзя было выбрать кого-то из них?!
- Ну же, посмотри на это с другой стороны, - предложил Гарри. – Вспомни, сколько ты всего сделала, чтобы ему отомстить. Ты внушила ему, что встречаешься со Снейпом… - Гермиона всхлипнула еще громче, и Гарри торопливо продолжил: - ты привязала его к квиддичным воротам…
- Он мне отплатил.
- Да, но это был отстойный ответ.
Она с надеждой посмотрела на него:
- Правда?
- Да. Совершенно отстойный. В смысле, тебя даже никто не видел. Зато как мы ему за это отомстили… Мы с самого первого дня были впереди него.
- Ты сделала так, что его стошнило, - напомнил Снейп. – И еще изводила по-всякому.
Гермиона шмыгнула носом, почти успокоившись… но через три секунды снова разрыдалась.
- Но как же Ро-о-он?! – завыла она сквозь слезы.
- Он успокоится, честно…
- Не произноси это слово!
- А, ну да… Он скоро забудет об этом. Правда. Это ведь ничего серьезного, и… он… успокоится насчет Снейпа… и…
- Да, в утешении людей вам нет равных, Поттер, - сухо произнес Снейп, когда Гермиона расплакалась еще сильнее, вспомнив, почему Рон ее ненавидит.
- Думаете, вы бы справились лучше, а… - возмущенно начал Гарри и замер на полуслове. – Что это у вас в волосах?
- Что? – Снейп провел рукой по макушке, но Гарри смотрел на его хвост, который удерживала розовая лента, завязанная в…
- Бант? Это что, бант?! – недоверчиво воскликнул Гарри.
Драко посмотрел на Снейпа, и даже Гермиона перестала плакать и повернулась взглянуть.
- А, да, - Снейп пожал плечами. – Мне нечем было завязать волосы, а одна из хаффлпаффок обернула этой лентой свое сочинение…
- Да что с вами такое?! – внезапно крикнул Драко, и все подпрыгнули. Он подошел к Снейпу, схватил его за плечи и начал трясти. – У вас в волосах розовый бант! Придите, наконец, в себя!!!
- Хва-ватит! – выдавил Снейп.
- Бант, - пробормотал Гарри, тряся головой. – Что дальше?
- Мы свели Снейпа с ума! – завопила Гермиона, разрыдавшись еще сильнее. – Никогда не получим работу в министерстве… в справке со школы напишут: «довели учителя до розовых бантов!»... обречены… вся жизнь разрушена… я никогда не выйду за Рона!
- Ты прекратишь выть?! – закричал Драко.
- Ну-ну, Грейнджер… все хорошо…
- Снейп носит бант, - застонал Гарри, прижимая ладони к глазам под очками, как будто пытаясь выдавить из них этот образ.
Снейп положил руку на плечо Гермионе:
- Не волнуйся, Грейнджер… просто думай как слизеринка. Направь всю эту злобу в ужасающую, зловредную месть!
- Сказал мужик с бантиком, - рыкнул Драко.
- Это все вина Малфоя, - заныла Гермиона.
- Вот это верно, - пробормотал Гарри.
- Успокойся, мы придумаем, как все исправить. Глазом моргнуть не успеешь, как твой парень будет снова с тобой, и ты окончишь школу, устроишься на хорошую работу, выйдешь замуж, заведешь кучу детей и собаку…
- Что здесь происходит?
Все оглянулись: в дверях стояла слегка усталая и бледная, но в целом нормальная МакГонагалл. Она посмотрела на плачущую Гермиону, успокаивающего ее Снейпа, изнуренного Гарри и взбешенного Малфоя.
- Не важно, - она тряхнула головой. – Даже знать не хочу. Северус, ко мне сейчас зашел Вуд, он сбит с толку и выглядит так, словно его переехал грузовик; ему нужно хорошее, сильнодействующее зелье. Вы трое сегодня после завтрака пишете контрольную по чарам, а после обеда по трансфигурации…
- А вас я тоже довела? – тихо спросила Гермиона.
- Что? – нахмурилась МакГонагалл.
- Я свела вас с ума, да? Вы теперь будете носить в волосах розовые бантики и насвистывать, работая? И вы дадите мне плохую рекомендацию, когда я окончу школу? Мне так жаль!!!
- Она немного расстроена, - извиняющим тоном произнес Снейп.
- Да неужели? – буркнул Гарри.
- Грейнджер! Возьми себя в руки! У меня проблемы похуже! – рявкнул Драко. – Я не могу выбросить тебя из головы, а ты просто стоишь и…
- Не можешь выбросить из головы? – Снейп ухмыльнулся и посмотрел на фыркнувшую МакГонагалл.
- Я и Малфоя свела с ума!
- Гермиона, это же хорошо, - раздраженно сказал Гарри.
- Все моя вина… Снейп… ни за что не надо было… засосы! Какой стыд! – Гермиона шлепнулась на стул, что стоял перед столом Снейпа, и продолжила плакать. К счастью, кроме Гарри, ее никто не слушал, иначе Драко бы непременно воспользовался возможностью позлорадствовать над ее признанием, а МакГонагалл была бы потрясена и потребовала объяснений. Гермиона начала что-то бессвязно бормотать сквозь слезы обо всем от паролей до отбивных.
Драко закатил глаза и повернулся к преподавателям.
- Как мне остановить видения, профессор? – устало спросил он Снейпа. – Я больше не могу их видеть.
- Боюсь, придется, - Снейп еле заметно улыбнулся. – Их нельзя остановить.
- В каком это смысле, нельзя остановить? – внутри Драко начала расти паника. – Они должны остановиться! Я не могу видеть сны о Грейнджер, это отвратительно!
- Если бы я знал, как от них избавиться, то сказал бы, - ответил Снейп, его лицо было непроницаемо, но почему-то все равно казалось неискренним.
- Вы… вы… Тогда как насчет той фигни, что делал Поттер, когда был рядом с Темным Лордом? Окклу… окко… около-мен…
- Окклюменция, - вмешалась МакГонагалл, которая, похоже, изо всех сил старалась не рассмеяться, - предназначена лишь для защиты от атак на сознание. Если бы кто-то пытался напасть на вас через…
- Кто-то пытается! Это дух сыра! Он атакует мой мозг! – Драко потыкал себя пальцем в лоб, кивая с выпученными глазами; он походил на ненормального.
- Нет, - лицо Снейпа отчаянно дергалось, пока он пытался сдержать смех, - видения – это не атаки. Ты можешь прекратить их не больше, чем провидец может остановить…
- Но я должен их остановить! – взвизгнул Драко. – Научите меня около-менции, я должен сделать хоть что-то! Взгляните на меня! Я прикован к Грейнджер! Я проснулся в постели с Поттером!
Драко топал ногой, судя по виду, сам готовый расплакаться. Снейп и МакГонагалл потрясенно уставились на него, и Драко вдруг понял, как прозвучали последние слова. Негодующий, возмущенный и совершенно неспособный что-то с этим сделать, Драко взвыл.
- А, чтоб вас всех! – завопил он и бросился вон, только чтобы шлепнуться на спину и вспомнить о цепи.
На какое-то время наступила тишина, прерываемая лишь всхлипами Гермионы. Гарри, который все это время старался ее ободрить, решил, что внезапное падение Драко вполне может поднять ее дух. С все теми же мягкими, словно он утешал испуганного ребенка, интонациями Гарри произнес, слегка потряся Гермиону за плечо:
- Смотри-смотри! Малфой грохнулся!
Он не знал, почему сказал именно это, просто выпалил первое, что пришло на ум. Его слова заставили Гермиону поднять взгляд: увидев лежащего на полу и злобно глядящего в потолок Драко, обычно бледное лицо которого сейчас напоминало помидор, она хихикнула сквозь слезы и улыбнулась.
Для Драко это оказалось последней соломинкой.
Он яростно взревел и вскочил на ноги, заставив всех отступить назад и потянуться за палочками. Прежде чем кто-то успел ему помешать, Драко прыгнул на Гарри.
Он не пытался ударить его кулаком или ногой, удушить или сделать что-то еще. Он просто врезался в гриффиндорца как товарный поезд и продолжал двигаться, пока оба не наткнулись на стол Снейпа и, проехав по нему и сбив несколько банок с заспиртованными образцами, приземлились на пол. Гермиону швырнуло об стол, да так, что она вскрикнула, и МакГонагалл бросилась ей помочь, пока Снейп оббежал стол, чтобы прекратить драку.
- Вы целы? – взволнованно спросила МакГонагалл у Гермионы. Та слабо кивнула, прижимая свободную руку к животу. МакГонагалл поспешила обойти стол и подняла волшебную палочку. – Остолбеней! – крикнула она, прицелившись в Драко, который, забыв обо всем, молотил кулаками Гарри.
К сожалению, Снейп не заметил ее и, пытаясь разнять мальчиков, оказался на пути заклинания. Красный луч света попал ему в спину, и Снейп упал рядом с Гарри и Драко.
- Ч-черт, - пробормотала МакГонагалл, снова поднимая палочку.
- Вы что, ругнулись? – воскликнула Гермиона.
- Грейнджер, сейчас не время… - начала МакГонагалл, но Гермиона ее прервала.
- Но вы не можете ругаться! – горестно закричала она. – Вы же учитель! Мой лучший учитель! Я и вас свела с ума! Это все вина Малфоя!
И прежде чем МакГонагалл смогла ее остановить, Гермиона прыгнула на Драко.

* * *

Где-то между гриффиндорской башней и четвертым этажом беспокойство Джинни переросло в панику. Гарри, Гермиона и Драко уже ушли из комнаты, не зная, что Фред, Джордж, Рон и Пивз собираются превратить их жизнь в ад. Джинни была обязана их найти, она уже оббежала все места, куда эти трое могли исчезнуть.
Когда близнецы рассказывали ей о своих проделках, Джинни всегда думала: «Как хорошо, что я их сестра, они никогда не сотворят со мной чего-нибудь действительно ужасного». Но теперь на родство рассчитывать не приходилось. Близнецы стали официальными игроками в войне шуток, и все, кто не на их стороне, обречены. Их розыгрыши будут в сто раз хуже, чем те, что они предлагали Гарри и Рону. Джинни должна убедить Гермиону и Гарри отступить, пока они не оказались в больнице святого Мунго.
- Я так больше не могу, - пробормотала Джинни, понимая, что нервы ее на пределе.
Она уже не помнила, когда в последний раз нормально спала, ей постоянно досаждали охотники за сплетнями, ее все еще подташнивало после вида блюющего Гарри, и она до сих пор не могла забыть историю с лимонными дольками. Уж кого-кого, а Дамблдора не стоило иметь во врагах. Изнуренное сознание Джинни бросило поиски разумных объяснений – в Хогвартсе их, похоже, больше не существовало – и убедило ее, что у директора поехала крыша, и он решил убить всех, кто хоть раз в жизни попробовал лимонную дольку. Единственное, что ей оставалось, дабы не попасться ему на пути – это держаться подальше от Снейпа, МакГонагалл и Вуда. Более того, Джинни подумывала пойти и спрятаться, как только разберется с нынешней проблемой.
Она побывала уже где только можно и как раз спустилась в холл, намереваясь проверить кухни, когда услышала яростный крик, доносящийся из подземелий.
Драко.
Джинни бросилась вниз по лестнице, ориентируясь на крики Драко, Гарри и Гермионы.
Если бы она остановилась и подумала, то поняла бы, что те трое могут находиться лишь в кабинете Снейпа… последнем месте, где она сейчас хотела бы оказаться.

* * *

- Грейнджер! – воскликнула МакГонагалл, не столько от неодобрения и потрясения, сколько от недовольства, что Гермиона выбила у нее из рук волшебную палочку, улетевшую в сторону двери. Зная, что ей не справиться с тремя подростками голыми руками, МакГонагалл бросилась ее искать.
- Умри, сволочь! – взревела Гермиона, запрыгивая на спину Драко, который как раз встал. Она обхватила его ногами за талию, одной рукой вцепилась в волосы, а другой принялась колотить его по голове.
- А-а! Отвали!
- Получай!
Гарри воспользовался моментом, чтобы вскочить на ноги и собирался ударить Драко, но тот, боясь потерять равновесие из-за Гермионы, сделал единственное, что ему оставалось, и развернулся так, чтобы гриффиндорка оказалась между ним и Гарри. Он не рассчитал, что инерция заставит их врезаться в того.
Они ударились о полку с образцами зелий и заспиртованными созданиями. Все трое закричали, когда сверху на них обрушился дождь из битого стекла, неизвестных жидкостей и склизких тварей, хотя даже это не вполне остановило драку. Как только тошнотворный душ закончился, Малфой отнял руки от лица, отцепил от себя Гермиону и бросился бежать. Он был уже почти у двери, когда его снова остановила цепь. На этот раз он приземлился на живот и не успел придти в себя, как на нем уже была Гермиона.
Затем между Гарри и Гермионой случилась своеобразная гражданская война: Гарри пытался столкнуть подругу с Драко, а та, в свою очередь, отталкивала его. Оба не хотели друг друга ранить, но каждый считал, что именно он должен избить Драко. Слизеринец в это время умудрился выползти из-под них и встать на ноги, но, наученный горьким опытом, больше убегать не стал. Прежде чем он смог придумать, что делать дальше, Гарри и Гермиона заметили его отсутствие и вскочили. Отпрыгнув в сторону, Драко увидел краем глаза поднимающуюся МакГонагалл с палочкой в руке и наконец вспомнил, что он волшебник.
Гарри и Гермиона выхватили палочки одновременно с ним, гриффиндорка начала сложный взмах, и все трое прокричали первые слоги заклинаний…
… когда между ними возникла Джинни с криком: «Берегитесь Пивза!»
Говорят, лучший способ привлечь чье-то внимание, это их поразить. Так вот, мало что способно поразить сильнее, чем возникшая словно из воздуха напуганная рыжеволосая девчонка, кричащая, что за вами летит полтергейст.
- Чего? – хором спросили Гарри, Гермиона и Драко, но Джинни не сразу смогла ответить, задыхаясь от быстрого бега.
- Пивз… близне… цы… всерьез… нам… крышка… бросьте… - Джинни выпрямилась и огляделась. Она нервно сглотнула, глубоко вздохнула несколько раз и с выпученными глазами повернулась к Гарри и Гермионе. – Мы в кабинете Снейпа!
- Да, и у нас дуэль, - закатил глаза Драко. – В сторонку?
- Но что, если это правда?! Вы чокнутые? Дамблдор нас всех убьет! – бедная, невыспавшаяся, паникующая Джинни была готова упасть в обморок.
- Уизли, чего вы лепечете? – спросила МакГонагалл.
Услышав ее голос, Джинни взвизгнула и отпрыгнула подальше от двери, к столу Снейпа:
- Не по-подходите, в-вы, воровка конфет! Мне и так хватает проблем!
- Я вижу, - буркнул Драко, он опустил палочку и слегка успокоился, поняв, что у Уизли тоже сегодня плохой день. Он осторожно поднял руку к лицу: левый глаз стремительно опухал и уже плохо открывался.
- Тихо, Джинни, успокойся, - автоматически произнес Гарри, потихоньку привыкающий успокаивать людей.
- Уизли… насчет вчерашнего… - смущенно начала МакГонагалл.
Джинни склонила голову набок и как будто начала приходить в себя… но тут рядом с ней вскочил на ноги Снейп с криком:
- Я цел! Я цел! Не волнуйся, я их остановлю!
Прежде чем он осознал, что был оглушен и пропустил большую часть битвы, Джинни сорвалась: внезапного появления Снейпа так близко ее нервы уже не выдержали.
- Не подходи!!! – взвизгнула она и бросилась к двери, но врезалась в кого-то и упала. Гермиона и Гарри кинулись ей помочь, однако не успели: Джинни подняла взгляд и увидела, кто ее остановил – Оливер Вуд.
- Прости пожалуйста, Джинни, - он протянул ей руку.
- А-а-а-а-а!!!
Чудовищный крик Джинни заставил всех поморщиться, а Оливер схватился за голову и застонал. Джинни оттолкнула его и бросилась бежать, крича во все горло.
Оливер, не имевший ни малейшего понятия, что ее так расстроило (его воспоминания о пьяных эскападах оставались весьма смутными), уставился ей вслед.
- Что я такого сделал? – спросил он, поворачиваясь обратно и оглядывая класс… напоминающий поле битвы.
Пол устилали разбитые банки и их неприятное содержимое. Снейп казался раздраженным, его волосы выбились из хвоста, завязанного розовым бантом. МакГонагалл устало стояла в углу, держа в опущенной руке волшебную палочку. Гарри, Гермиона и Драко были все в порезах, синяках и непонятной слизи.
- Вы хоть когда-нибудь обходитесь без драм? – с досадой спросил Оливер. – У вас бывал нормальный день или хотя бы нормальные двадцать минут?
- Не-а, - уныло ответили Гарри и Гермиона.
Оливер вздохнул:
- А что с Джинни?
- Э… это неважно! – вмешалась МакГонагалл. – Вы трое… вам стоит пойти в больничное крыло… и минус пятьдесят баллов с Гриффиндора и Слизерина… да, в больничное крыло, давайте, вы все в крови…
Гарри, Гермиона и Драко вышли, изнуренные полученными ранениями, резким спадом уровня адреналина и жизнью в целом. Оливер потряс головой, заметив, что за ними тянется след из слизи, крови и битого стекла. Вдали все еще слышались крики Джинни; поморщившись от отдающихся эхом звуков, Оливер закрыл дверь.

 


Оставить комментарий и посмотреть, что другие сказали...
Война шуток (глава 27-29) уже высказалось ( 0 )




К списку Назад
Форум

.:Статистика:.
===========
На сайте:
Фемслэшных фиков: 145
Слэшных фиков: 170
Гетных фиков: 48
Джена: 30
Яойных фиков: 42
Изображений в фанарте: 69
Коллекций аватаров: 16
Клипов: 11
Аудио-фиков: 7
===========

 
 Яндекс цитирования