фэмслеш
Спальня Девочек Гет Спальня Мальчиков Джен Фанарт Аватары Яой Разное
Как присылать работы на сайт?
Хотите ли получить фик в формате fb2?
Хочу и согласен(на) оставить отзыв где нибудь
Хочу, но не могу
Никому и никогда и ничего!

Архив голосований

сейчас в читалке

10
8
6
4
2
0

Наши спонсоры
Помогут аккуратно разместить вдоль стен полотенца крючки в ванной.
 
 

Все права защищены /2004-2009/
© My Slash
Сontent Collection © Hitring, FairyLynx

карта сайта

Один день

Спальня Мальчиков
Все произведения автора Натаниэль
Один день - коротко о главном
 Шапка
Бета aithene (первая половина текста), Aurum-san (вторая часть текста и гамма-редакция первой)
Пейринг Гарри/Драко
Жанр драма
Рейтинг PG-13
Саммари Малфою двадцать пять лет, он живёт в Лондоне, один. Поттер пропал лет пять назад. Драко работает в маггловской конторе. Каждый день напоминает предыдущий, а потом…хрясь!
Дисклеймер Мир, герои и т. п. принадлежат Роулинг. Ничего, кроме морального удовлетворения, с этого не получаю.
Размер мини
Посвящение Elge и Сон за замечания
Статус закончен

Оставить комментарий и посмотреть, что другие сказали...
Один день уже высказалось ( 3 )

Дата публикации:

Один день - Текст произведения

Он прожил много лет, он прожил много зим.
Тянулись серые дни, и никого рядом с ним.
"ДДТ"

Мы вырвем столбы, мы отменим границы,
О маленькая девочка со взглядом волчицы.
"Крематорий"

Тишину разрывает вопль будильника. Как же я ненавижу этот омерзительный визг. Если бы часы были живыми, я бы давно удушил их.
Совершенно не хочется открывать глаза. Всё равно не увижу ничего нового. Над головой тот же выбеленный потолок, на котором едва заметны трещины – штукатурка пока не осыпается, но это только вопрос времени. Через мутные стёкла окна пробивается серый рассвет, слабо освещая моё скромное жилище.
Комната аскетична до крайности: грубый платяной шкаф на полстены, неуклюжий письменный стол у окна, стул и кровать, на которой я сейчас лежу. Вся мебель тёмного дерева – терпеть не могу светлое. Любой цвет чуть жизнерадостнее чёрного воспринимается мной в штыки: это не мой цвет, мой – чёрный. Я не держу дома растений: мне лень ухаживать за ними; у меня нет питомца: не то чтобы мне никто не был нужен – просто не хочу о ком-то заботиться. Когда заботишься – привязываешься. Привязываешься - значит любишь. А любить… любить вообще-то больно.
Сейчас мне сложно вспомнить - настолько глубоко я затолкал своё прошлое в подсознание - но, кажется, когда-то всё было иначе. Может, в прошлой жизни? Впрочем, я не верю во всю эту чушь о множественности жизней и реинкарнации. Бред собачий. Иначе, чего я такого наделал раньше, что по мне по-прежнему бьёт сильнейшая отдача?
Лет пять назад я жил за городом, в небольшом уютном коттедже. И жил не один – со  мной был Поттер. Это тот лохматый парень, что пытался спасти мир от Тёмного Лорда. Жаль, что у него ничего не вышло. Впрочем, и лорд, и его приспешники за эти пять лет канули в лету так же, как и Мальчик-который-выжил. Говорят, зло само себя уничтожает. Рано или поздно. Видимо, верно говорят.
С Гарри мы встречаться стали уже после школы. Началось всё с банального перепоя. Какая-то студенческая вечеринка в Магическом Оксфорде, каждый притащил с собой толпу друзей, все напились до потери пульса. И никто уже не понимал, куда и с кем уходит…
Главный гриффиндорский пунктик – это благородство. А я всегда был сволочью. Мне захотелось поиграть с Поттером. Игра затянулась на два года. Потом его убили… или не убили. Он просто исчез. Растворился, а тёмная сторона победила.
Я никогда не говорил ему, что люблю его. Впрочем, я никогда не допускал мысли, что люблю его. Ведь это Поттер.
Он начал клясться мне в вечной любви в первый же месяц. Я в ответ лишь усмехался и недоверчиво щурился.
Через полгода я отвечал: "Я знаю".
А он как-то по-особому грустно улыбался и прижимался ко мне, будто беззащитный ребёнок.
И тогда я ощущал болезненно острые приступы нежности. Помню, меня это пугало.
За те два года, что мы жили вместе, я назвал его по имени всего два раза. Один раз в полудрёме, кажется, контекст был: "отвали, я спать хочу…". Второй раз – в тот день, когда я попросил  его остаться.
Я стоял в расслабленной позе в дверях гостиной, лицом к коридору. Руки скрещены на груди, на лице - маска безразличия. И наблюдал за ним.
Он нехотя одевался, подавленно бродя по прихожей. Ботинки, куртка, ключи от дома, палочка, бумажник. Зачем ему был нужен бумажник на поле боя, я не понимал, а острить не хотелось. В конце концов, я решил – привычка.
Он неуверенно коснулся дверного замка.
–      Гарри…
Поттер вздрогнул и обернулся, беспомощно пытаясь заглянуть мне в глаза, но я уставился в пол.
- Останься.
- Я не могу…
- Пожалуйста.
- Я должен…
Я не ответил. Малфои не просят дважды.
И он ушел.
Некоторое время я просто стоял и тупо пялился на дверь. А затем, приготовившись к длительному ожиданию, опустился на пол.
 Не знаю, сколько я просидел на пороге, но, кажется, уже начало светать, когда я, наконец, поднялся и пошел в спальню. Нашу спальню. Там было пусто… и холодно. Тогда я понял, что не хочу спать здесь один, и вернулся в прихожую. Малфои не спят на полу… да какая разница, чего они не делают? Я – спал.
Его сова, кажется, её звали Букля, принесла утреннюю почту. Письмо и газета. В газете - хроника последних событий. Письмо – от отца.
"Поттер проиграл. Л. М."
Коротко и ясно. Впрочем, как всегда. Одно из семейных правил: информация – деньги, если выдавать – то только необходимый минимум.
Я ушел из нашего дома через полчаса. Не хотелось собирать вещи. Зачем? Они могли быть полезными для нас… но нас больше не было.
Когда я закрывал входную дверь снаружи, в карманах лежали только документы, деньги и палочка.
Я не читал газеты, не общался со школьными и университетскими друзьями – не хотел ничего знать об этой войне, жив ли Поттер или мёртв. Боялся услышать правду.
Перевёлся на заочное отделение в колледже. Устроился работать в маггловскую контору, занимающуюся недвижимостью. Нельзя сказать, что её дела процветали, но, по крайней мере, шеф не доставал меня расспросами.
Могу честно сказать, что в ту ночь, когда ушел Поттер, моя жизнь потеряла смысл… рухнула. А я-то думал, что не умею любить. Наивный молодой волшебник…  
Придурок. Лучше бы не умел.
Посторонний человек, услышав меня, может подумать, что я жалуюсь. Чушь. Вообще-то я уже давно смирился со всем. Глухие рыдания без слёз, депрессия и равнодушие остались в прошлом, где-то там, за стенами моего сознания. И, кажется, мне плевать на прошлое. Я не вспоминаю улыбок, поцелуев, смеха, объятий. Мне это не нужно… а может, я просто боюсь. Такие воспоминания воистину способны превратить человека в сумасшедшего.
Как бы то ни было, я регулярно занимаюсь самообманом.


***

Я иду по пустой улице. Никому и в голову не придет высунуть нос из дома в такую рань. И не только потому, что сейчас "сонное" время, – люди боятся. С тех пор  как исчез Гарри Поттер, на улицах стало по-настоящему опасно, особенно в таких районах, как этот. УпСы из тех, что ещё не перегрызли друг другу глотки, любят охотиться на магглов. Чисто ради развлечения. Человек – разумное  животное, его интересно преследовать. Впрочем, помимо "плохих" волшебников, существует ещё и самая обыкновенная маггловская шпана. Лоботрясы-подростки, страдающие от нарко- и алкозависимости. Кстати сказать, именно эти отморозки чаще всего и становятся мишенью для последователей Вольдеморта.
Я люблю выходить до того, как наступят безопасные часы. Может быть, ищу приключений, может, страдаю от бессонницы, а может, мне нравятся мёртвые улицы. Иногда приятно думать, что я – последний человек в этом проклятом мире, в очередной раз выходящем из кризиса.
Наверное, было бы чертовски забавно, если бы все люди разом исчезли, а я бы шел по пустым улицам Лондона и…
Поворачиваю за угол. На ступеньках перед моей конторой сидит незнакомая девочка. Ей от силы лет девять-десять,  и одета она, надо сказать, совсем не так, как, по идее, должен быть одет одинокий ребёнок на этих улицах в шесть утра. Чистенькое, аккуратное бежевое пальтишко, светлый берет и кожаные, очень элегантные ботиночки. Худенькая, с тонкими  светло-русыми, как будто пыльными, косичками, на которых нелепо яркими пятнами полыхают алые ленточки. Услышав мои шаги, она поднимает голову. Несколько секунд смотрит на меня покрасневшими от слёз глазами.
У неё совершенно безумная улыбка. Да, она улыбается… и вдруг начинает смеяться. Какое-то больное отчаянье в этом смехе, такое тяжелое, хлёсткое. Маленькие девочки с аккуратными косичками не должны смеяться ТАК.
Мне становится жутко. Взрослый мужик боится ребёнка. Это могло бы быть смешным… при других обстоятельствах.
А она перестает смеяться, так же неожиданно, как и начала. Смотрит на меня, грустно качает головой…
- Здравствуй, Драко, – она вновь улыбается.
Несколько секунд я стою, молча открывая и закрывая рот, как выброшенная на берег рыба. В сознание медленно, но верно вползает беспокойство, перерастающее в панику.
- Ты… Откуда тебе известно моё имя? – слова даются с трудом. Мне не нравится эта девочка, не нравится её сумасшедшее лицо, не нравится, что ей известно моё имя, в то время как я не знаю о ней ровным счётом ничего. Я не склонен к паранойе, но этот ребёнок начинает вызывать у меня глубокий животный страх.
Она не отвечает, но её лицо неожиданно начинает оплывать, как будто находясь за полупрозрачной дымкой. Щёки розовеют, улыбка исчезает. Мгновение – и передо мной оказывается самая обычная маленькая девочка. Она непонимающе вертит головой, во взгляде появляется испуг потерянного детёныша, пухлые детские губки искажаются, на лице проступает отчаянье. Я молча смотрю на неё, всё ещё не понимая, что происходит. Кто она? Почему так странно себя ведёт? И откуда, чёрт побери, ей известно моё имя?
Она снова смотрит на меня, но на этот раз с надеждой и страхом.
– Сэр… Извините, сэр, но не могли бы вы сказать… где я нахожусь?  – Это, несомненно, очень вежливая девочка, которая знает, что к незнакомцам нужно обращаться на "вы". А тем более к взрослым незнакомцам. И мне остается только гадать, что с ней происходило пять минут назад. Помутнение рассудка? Внутренние демоны? Бред прорицателя?
На вопрос я отвечаю кивком в сторону таблички, висящей на доме: "Драффет-стрит, 19".
Она беспомощно смотрит на незнакомое, судя по всему, название и вновь переводит взгляд на меня:
– А где папа?
Уже интересней. Судя по всему, ребёнок не помнит, как оказался здесь. Провал в памяти?
Поборов оцепенение, подхожу к ней ближе:
– К сожалению, я не знаю, где твой папа… Но, может, нам удастся его найти? – Ободряюще улыбаюсь. – Как тебя зовут?
– Бекки.
Я ухмыляюсь: милое детское имя, обычная симпатичная девочка… Может, мне вся эта сцена пятиминутной давности померещилась? Бывают же такие… игры воображения.
Присаживаюсь перед ней на корточки:
– А меня –  Драко. Я здесь работаю. И вот представь, иду на работу и вижу: на ступеньках моей конторы сидит незнакомая молодая леди. – Бекки робко улыбается. – Совсем одна… и в такой ранний час. Как же она здесь оказалась?
– Я не помню.– На её личике отражается смятение. – Кажется, я потерялась.
Качаю головой. Действительно – провал в памяти. Странно всё это.
И что же теперь делать…?
Возможно, стоит обратиться в полицию… или в аврорский отдел. Всё зависит от того, ведьма моя новая знакомая
или нет.
Как зовут твоих родителей?
У меня только папа – Алексис.
А фамилия?
Девочка смущена. Чёрт! Глазам своим не верю! Она что, не знает своей фамилии?! Поразительно. Помню, в свои девять лет я безумно гордился тем, что мог представляться: "Малфой, Драко Малфой".
У него нет фамилии. – Она опускает глаза.
А у тебя? – Сказать, что я обескуражен, значит ничего не сказать.
У меня – есть. Мюглер. Я – Ребекка Мюглер.
Ничего не понимаю. Впрочем, детская логика ещё более запутана, нежели женская, что уж говорить о логике маленькой женщины?
– Ну и как нам с тобой теперь быть? – Я не на шутку озадачен.
Губы девочки начинают дрожать, она всхлипывает. Похоже, на ближайшие двадцать минут мне обеспечен мюзикл "Хочу к папе". Ну и ублюдок ты, Алексис Мюглер! Грёбаный француз, не мог уследить за дочерью…


***

- Доброе утро, Малфой! – Шеф приходит в контору как обычно – к десяти утра.
- Здравствуйте, сэр. – Я сижу за своим столом, лицо – мрачнее тучи. На стуле для посетителей устроилась Ребекка. Она листает наш каталог, разглядывая дома, выставленные на продажу. А я мысленно ужасаюсь, ожидая, когда ей надоест это занятие. Я совершенно не умею занимать детей, да и вообще не разбираюсь в их… поведении. Хотя что-то мне подсказывает: как только Бекки станет скучно, она снова начнёт плакать и, захлёбываясь слезами, требовать папу.
- А кто наша юная гостья? – На лице этого лысеющего зануды, с большим шаром вместо живота, появляется ласковая отеческая улыбка.
Девочка отрывается от каталога и смотрит на него своими большими серьёзными глазами:
- Меня зовут Ребекка Мюглер.
- Очень рад познакомиться с вами, мисс Мюглер, – похоже, толстяка забавляет эта ситуация. – Моё имя – Дэйв Паркер.
Она кивает ему и снова углубляется в просмотр каталога. Шеф непонимающе смотрит на меня. Я, взглядом указав ему на дверь, выхожу на улицу. Он следует за мной.
- У нас проблемы, сэр.
- В чём дело, Малфой? – Его лицо утрачивает добродушие.
- Она сидела на ступеньках нашей конторы, когда я пришел на работу… – Кратко пересказываю Дэйву утренние события, результаты звонков в полицию – нет, никто не обращался с заявлениями о пропаже ребёнка. (К слову сказать, в аврорском отделе мне сообщили то же самое).
Несколько секунд он молча хмурится.
- Мистер Паркер?
- Знаешь, Малфой… Мне почему-то кажется, что Алексиса Мюглера больше нет в живых.
Странно, почему-то эта идея мне в голову не приходила. Видимо, казалась слишком обычной: в наши-то времена, в этом-то районе!
- Думаете?
- Предполагаю. Смерть отца объясняет и то, что она оказалась здесь утром совсем одна, и то, что никто её не ищет. А потеря памяти может быть последствием шока.
Я опускаю голову. Мило. И что теперь делать? Как будто отвечая на мои мысли, шеф хлопает меня по плечу и устало бросает:
– Я бы на твоём месте с ней не заморачивался. Отведи в полицию. Они разберутся.
Хорошая мысль. В общем-то, меня с этим детёнышем возиться никто не обязывал.
Вот только следовать совету мудрого начальника я, пожалуй, не буду. Нет, никакого глупого благородства. Её проблемы – исключительно её проблемы. Но она назвала меня по имени до того, как я представился. Значит, тут… мягко говоря, не всё чисто. Это – странный ребёнок. И шестое чувство мне подсказывает, что Ребекку следует оставить при себе, по крайней мере, на первое время. А там… может, я найду этого Алексиса. Если, конечно, он жив…
– Сэр, могу я взять на сегодня отгул? Ну, вы понимаете, мне придётся отвести девочку в полицию, там меня наверняка задержат …
- Да, конечно, всё равно работы на сегодня не предвидится. – Он рассеянно вытаскивает из кармана пачку сигарет и, закурив, погружается в раздумья.
А я возвращаюсь в контору - за девчонкой.
***

Если когда-нибудь меня спросят, люблю ли я детей, уверен, что тотчас же отвечу: "Не-на-ви-жу!".
Это маленькое чудовище с невинным личиком за восемь часов успело довести меня до белого каления. Пять раз она плакала, шестнадцать раз по тому или иному поводу заявляла, что я гораздо хуже папочки, и дважды входила в то странное состояние.
Первый раз - как только мы оказались в моей квартире. Её глаза неожиданно остекленели, пальцы, сжимавшие мою ладонь, расслабились, на лице заиграла страшная улыбка.
- У тебя мрачно, Драко… мне бы не хотелось жить здесь.
Я вздрогнул и отстранился. Она смотрела на меня с усмешкой. А глаза… Глаза были какими-то чужими, взрослыми, тёмными.
- Бекки?
Девочка вздрогнула и часто заморгала, приходя в себя. Кажется, в этот раз она и не заметила, что с ней что-то происходило. Она неуверенно огляделась и неловко пробормотала:
- У вас темно, сэр. Папочка очень не любит такие квартиры. Он говорит, что в них живут…
- Достаточно. - Она уже начала выводить меня из себя. И мне вовсе не хотелось знать, КТО, по мнению её дорогого родителя, обитает в подобных помещениях. - Пальто можешь повесть на крючок, ванная комната - там.
Ребекка насупилась, но послушно стянула пальтишко, под которым оказалось ярко-алое, совсем как ленточки в её волосах, платье, разулась и проследовала в ванную.
Несколько минут я наслаждался тишиной и покоем, стоя у окна в комнате. Мысли возвращались к обычному ровному течению. И я, успокаиваясь, пытался анализировать события этого дня.
Почему-то появилась уверенность, что не всё с этой девчонкой так сложно, как кажется… эти "видения", или как их ещё можно назвать, наверняка достаточно просто объяснимы. И я, кажется, знал, в чём тут дело, но… никак не мог понять… вспомнить. Разгадка мерцала где-то на задворках сознания, нужно было только сосредоточиться и…
Резко хлопнула дверь ванной, и на пороге появилась маленькая мисс Мюглер. Немного стесняясь, она попыталась попросить о чём-то:
- Извините… но… видите ли, сэр…
- Что? - я раздраженно оборвал бессмысленное бормотание.
Резкость моего тона неожиданно заставила её собраться и гордо вскинуть голову:
- Я хочу есть.
Она дерзко посмотрела мне прямо в глаза. Где-то я уже видел этот взгляд… помню, он всегда выбивал меня из колеи. Теперь же я чувствовал себя полным идиотом.
- О… - я смутился. Нет, не просто смутился - покраснел. Хотя, в сущности, причины как таковой для этого не было, - н-ну... ладно. Пойдём посмотрим, что там у меня есть на кухне…
Мне определённо не нравятся дети.

Пока я стоял у плиты, пытаясь соорудить из найденных в холодильнике продуктов омлет, Бекки сидела на единственном стуле и болтала ногами.
Нужно сказать, что я просто терпеть не могу, когда кто-то смотрит, как я работаю.  
У Поттера была эта привычка. Он любил приходить в мой кабинет и, пока я возился с бумагами, наблюдал за мной, забравшись с ногами на кушетку. Меня это безумно бесило. Как правило, такие посиделки заканчивались коротким диалогом, перерастающим в маленькую ссору и большую обиду с его стороны.
- Поттер, исчезни.
- Но… разве я тебе мешаю?
- Да, ты мне мешаешь. Свали отсюда.
- Но я же сижу тихо! Я даже ни слова не сказал! И не шевелюсь!
- Ты смотришь.
- О, чёрт… Драко! Ты… ну, хорошо, а если я отвернусь?
- Поттер!!! Мне мешает твоё присутствие! Убирайся!
И он, понурив голову и обиженно сопя, уходил. А потом долго дулся на меня. А я делал вид, что мне всё равно. И через некоторое время он, в конце концов, сам подходил ко мне, делая вид, что ничего не случилось…
А я начинал себя ненавидеть, не знаю почему. Может, потому что я такая сволочь и не могу не мучить тех, кто для меня что-то значит… может быть.
А ведь я так и не попросил у него прощения… ни разу.
Однажды, после такой перепалки он ушел из дома. Не то что бы надолго, где-то до двух часов ночи. Я беспокоился, злился, нервничал…  Но, когда он пришел, просто кивнул ему и сказал, что иду спать. А он молча сверкнул глазами и отвернулся. Потом, поднимаясь по лестнице, я услышал, как что-то стеклянное разбилось о стену, очевидно, Поттер бесился.
И вот теперь снова кто-то наблюдал за моей работой. Я вновь чувствовал знакомый прилив холодной ярости. Но молчал. Мне просто некуда было послать эту девчонку.
- Вы питаетесь очень вредной пищей, сэр.
- В самом деле? - я не смог скрыть раздражения в голосе, впрочем, меня никто не обязывал быть тактичным.
- Да. Жареное очень вредно для здоровья. Папочка никогда ничего не жарит…
Я резко развернулся. Уверен, вся та гамма эмоций, что бушевала во мне, отразилась и на лице, потому что Ребекка испуганно отпрянула, при этом чуть не стукнувшись затылком о стену.
- Слушай ты! Маленькая, занудная… гадость! Мне глубоко и полностью плевать на то, как и что делает твой папочка! И если ты ещё хоть раз…
Иногда я задаю себе вопрос, почему мне так и не удалось завязать серьёзных отношений с женщиной. Пожалуй, ответ очевиден: женские слёзы - это самое отвратительное, что есть на свете. А разве существуют женщины, которые никогда не плачут?
К примеру, эта милая девочка была сейчас так очаровательно напугана и молчала. Но вот  её губы начинают дрожать, по щеке скатывается слеза, другая, она всхлипывает…
- И я снова чувствую себя моральным уродом. Ненавижу детей, ненавижу девчонок…
- Бекки… - опускаюсь перед ней на корточки, - прости… я… я не хотел на тебя кричать.
- Мать твою, Ребекка Мюглер! И отца твоего тоже! Я хотел на тебя кричать, хотел! И я никогда, НИКОГДА, ни перед кем не извинялся.
Но слёзы текут по щекам – и  я говорю совсем не то, что думаю. Вытираю несносному детёнышу щеки полотенцем и пытаюсь утешить:
- Ну… не реви, ты же… большая уже… извини… не плачь, найдём мы твоего отца… ну не реви только…
Минуты три она успокаивалась, после чего я отправил её в ванную - умываться, а сам вернулся к плите и выяснил, что спалил к чёртовой матери омлет. Ну ладно, ну и плевать! Жареное же вредно, разве не так говорит папочка?!
Ещё пять минут ушло на поиски других продуктов.
Больше я на Бекки я не орал. Однако девочка сама нашла себе кучу причин для рёва. Несколько раз из-за отца и ещё один из-за мультяшного героя (ближе к полудню мне удалось её спихнуть к соседям, к которым иногда приезжали внуки, и вследствие этого имелся богатый ассортимент мультфильмов).
Пока моя гостья развлекалась по мере сил и возможностей, я, как последний дурак, обзванивал справочные в поисках некоего Алексиса (естественно, меня везде вежливо посылали) и ломал голову над загадкой девчонки. К вечеру у меня просто опустились руки. Я никогда не найду этого Мюглера…
Наконец, я решил потрясти первоисточник. Зашел к соседям, забрал "эту милую малышку" и повёл её на улицу, вроде бы как на прогулку.
Пока мы одевались, девочка опять впала в транс, ненадолго, всего на  пару мгновений, но я успел заметить безумную улыбку, мелькнувшую на её лице.

***

На город опускаются сумерки. Я иду по полупустым улицам, держа свою подопечную за руку. А она рассказывает мне про папочку. Сказать по секрету, я начинаю потихоньку ненавидеть этого парня, уж больно он хороший.
- Он мне не совсем папа. Ну, в смысле, не родной. Он усыновил меня четыре года назад. С тех пор мы постоянно путешествуем, переезжаем с места на место. Папочка говорит, что за ним охотятся враги и нам нужно скрываться, поэтому у него и нет фамилии...
- Ничего себе… - Хм, может, он бывший мафиози? Ухмыляюсь, меж тем девчушка продолжает болтать.
- А ещё он никогда не выпускает меня гулять в это время. Говорит, что очень опасно.
- И как же ты оказалась тогда у моей конторы? - Иронизирую. Ничего-ничего, пусть терпит. Она меня достала сильнее.
- Я на него разозлилась и убежала… а потом…я не помню ничего. Я гуляла рядом с домом и… и всё.
- Понятно… - Хотя на самом деле ничего не понятно. - Расскажи мне, как он выглядит.
- Папа?
- Ну да.
- Он очень длинный… и такой, худой. У него тёмные волосы, которые он совершенно не в состоянии сам расчесать. Думаю, без меня он ходит совсем лохматый, - девочка горестно вздыхает, и я с трудом удерживаюсь от того, чтобы усмехнуться. Поттер тоже всегда был растрёпан, пока я не брал в руку расческу и не впивался ею в его шевелюру. - А ещё у него плохое зрение, и он носит смешные круглые очки, - я вздрагиваю, - и у него зелёные глаза, - чувствую, что мне необходимо сесть, ноги подкашиваются.
- А шрам?
- Что?
- У него есть шрам на лбу?
- Нет. - Слабый огонёк надежды потухает.
- Он, наверное, очень красивый, - растерянно бормочу я.
- Да, очень! - девочка улыбается и тут же снова мрачнеет. - Я скучаю… мне плохо без него… я к папе хочу…
- Эй… только не реви снова. Знаешь, я ведь тоже очень скучаю по одному человеку…
Мы сворачиваем в парк. Здесь совсем тихо и пусто. Ни одной живой души, впрочем, неживых тоже не видно.
- По кому? - Она поднимает голову, пытаясь разглядеть моё лицо, но в парке слишком темно. Мы подходим к скамейке, садимся.
- Его звали Гарри. Он был самым настоящим оболтусом…
- Ваш друг?
- Да нет, в общем-то…
- Брат?
- Нет…
- А кто же? - она недоумевает.
- Да как тебе сказать… Он был человеком, ради которого я, кажется, готов умереть.
- И что с ним случилось?
- Он потерялся.
- Как я?
- Да, совсем как ты. Однажды он просто убежал из дома. Не послушал меня и убежал… и не вернулся. - Я стиснул зубы, чувствуя, как к горлу подступает комок, давно забытые эмоции пробиваются наружу, и, боюсь, я не смогу их удержать.
- Пойдёмте отсюда. - Она неожиданно резко вскакивает и устремляется прочь из парка.
- Бекки! Куда ты?! Эй! Стой! – Я устремляюсь за ней, но она бежит очень быстро. Ничего не понимаю: я же старше, у меня длиннее ноги… я не могу её догнать!
- Она вылетает на улицу, слабо освещённую парой фонарей, оборачивается, и я снова вижу эту чёртову улыбку на её губах. Останавливаюсь. Несколько секунд стою, не зная, что делать. Отпустить? Она в том же состоянии, что и при побеге из дома, может, вернётся к отцу. Нет. Нет, нет, нет! Она… В общем, я должен идти за ней, наверняка должен! А если нападение? Если ловушка? Да я маг, в конце концов! Мне бояться нечего!
Опускаю руку в карман пальто, нащупываю гладкое дерево палочки и, немного успокоившись, бегу за девчонкой.

***

Спринтер… этого ребёнка ждёт большое будущее в спорте. Ей необходимо участвовать в марафонах. Все олимпийские медали будут висеть на её шее. Бежать почти час без остановки, да ещё с такой скоростью… Не всякий выдержит. Я уже два раза отставал… впрочем, она останавливалась и ждала меня на безопасном расстоянии. Чёрт! Что мне мешает вынуть палочку и сказать что-нибудь вроде "Ассио малявка!"? Пожалуй, банальное, больное любопытство.
Мы уже забежали в незнакомый квартал. И мне здесь совершенно не нравится… а что если эти придурки, бывшие УпСы, решат поохотиться на меня? Чёрт с ней, с девчонкой, ей, похоже, море по колено, но я-то простой смертный, который, между прочим, устал!
Дети - это зло… точно-точно.
Неожиданно в дальнем конце улицы появляется долговязая, подозрительно знакомая фигура. Замираю. Бекки тоже останавливается. Оглядывается и улыбается мне. Безумия в её лице больше нет, улыбка ласковая и тёплая. Но глаза всё ещё ненормальные. Человек вдали срывается на бег, я приваливаюсь к стене, сейчас что-то будет… плевать. Лицо девочки оплывает и снова становится обычным, детским.
- Ребекка! - знакомый голос болезненно режет ухо. Нет, этот человек не может быть Поттером, просто похож… просто похож. Она же сказала, у него нет шрама.
Сползаю вдоль стены до тех пор, пока колени не касаются пыльного асфальта. Наверняка, брюки будут безбожно испачканы… ну и чёрт с ними.
Итак, Драко, поздравляю. Ты выполнил свою благородную миссию. Вернул дитя в лоно семьи. Они обнимаются, и она ревёт ему в плечо. Как трогательно. Тьфу.
Пару минут на то, чтобы прийти в себя, и можно смело двигаться на сближение. И с разбегу дать этому уроду в морду. За то, что не уследил… да. А ещё за то, что похож на Поттера…
Главное встать… на ноги. Да, вот так, стенка - хорошая опора… Вот же всё-таки… есть ещё порох в пороховницах. Истерично хихикаю. Надо же, устроить такой кросс через полгорода…
Ещё раз поздравляю, мистер Малфой, вы на ногах. Шаг, ещё шаг…
- Бекки! Глупая, глупая девчонка! Никогда так не делай больше, слышишь? Никогда! Я уже потерял слишком многих близких, чтобы потерять ещё и дочь!
Отчитывает её, придурок… Лучше смотреть надо было. Мерлин, ну почему он так похож на Гарри? Это нечестно. Так нельзя! Почему одни находят, а другим остается лишь иллюзия сходства? Несправедливо…
Подхожу ближе… и вот он отрывает взгляд от своего ненаглядного чада. Смотрит на меня.
Так вот как выглядят обычные магглы, впервые увидевшие привидение! Потешно…
- Драко? - нет. Не говорите мне что… это Поттер. О-он… жив. Живой…
- Не… знаю, - на лице проявляется беспомощная улыбка, и мир начинает вращаться, вращаться, вращаться… какая чудная карусель, вот только что-то слишком быстро приближается земля. Кажется, я теряю созна…


 


Оставить комментарий и посмотреть, что другие сказали...
Один день уже высказалось ( 3 )




Последние комментарии
13 октября 2009  Алена
Блин, ток у мя такое ощущение что произведение не закончено??
Содержание понравилось, но если честно хотелось бы побольше завершонности.

06 июня 2006  Натаниэль :)
ЛуЛу, спасибо, я польщен :)

26 мая 2006  ЛуЛу
потрясающий фанфик!!!никогда таких не читала,всегда было так предсказуемо,но этот рассказ что-то!низкий поклон автору,и желаю последующих потрясающих произведений,как бы громко это ни звучало,но это действительно так!большое спасибо!!!

К списку Назад
Форум

.:Статистика:.
===========
На сайте:
Фемслэшных фиков: 145
Слэшных фиков: 170
Гетных фиков: 48
Джена: 30
Яойных фиков: 42
Изображений в фанарте: 69
Коллекций аватаров: 16
Клипов: 11
Аудио-фиков: 7
===========

 
 Яндекс цитирования